Книга Бывший моей соперницы, страница 46 – Яна Лари

Смазливый, отмечаю отстранённо. Чем-то смахивает на Солнцева — такой же приторный и дрыщеватый.

Такие тебе нравятся, Войтова?..

— А вот и Маринка! — Надя дёргано взмахивает рукой, глядя мне за спину.

Машинально оборачиваюсь на застывшую у соседней калитки шатенку.

— Гарик, какого чёрта? Я же просила здесь не появляться! — Стервозно вскинутая бровь выдаёт в Надиной соседке ту ещё пилу. Климат здесь, что ли, токсичный? Одни змеи кругом. Кобры!

— Ты не отвечала, — отмирает наконец-то потенциальный смертник. — Что я должен был…

— Должен был дождаться, когда я перезвоню, — перебивает она, бросая беглый взгляд на наручные часы. — Пошли, расскажешь, что за срочность. У меня мало времени.

Надрать бы ей зад за такой тон, но чудо-хореограф подрывается как ужаленный.

— Надя, был рад поболтать. Спасибо за чай. Удачи! — бросает, опасливо обходя меня по дуге.

Мы с Мариной на миг встречаемся взглядами. Дружелюбие там людоедское. Да и похрен.

Главное, что мы с Надей, наконец-то, остались наедине.

Кстати, куда там она хотела быть поцелованной?..

* * *

Надя

— Тебе обязательно доказывать всем подряд, какой ты крутой? — лютую, сжимая ручку двери, готовая запереться на все замки, едва Марк сделает хоть шаг в мою сторону.

Сейчас мне и, правда, не хочется его видеть. Потому что Марк может решить, будто меня волнует, куда он пропал. Или подумает, будто мне обидно, что он наутро опять предпочёл молча исчезнуть. Мне хочется захлопнуть дверь, потому что всё так и есть.

И всё-таки что-то меня тормозит.

Его близость по-прежнему отзывается внутренним трепетом… Таким восторженно-наивным, что я презираю себя за то, как он на меня действует.

Ремизов открытым текстом дал понять, какого рода интерес ко мне питает. И подтвердил его, переметнувшись к бывшей, когда мог бы… Когда мы могли хотя бы попробовать поговорить по-человечески.

Она у него для души, а я, получается, для тела. Расклад знакомый до зубного скрежета.

Чего ещё мне нужно?! Каких доказательств? И, главное — зачем?

Всего один удар сердца разделяет меня от того, чтобы вдохнуть поглубже и популярно высказать, куда ему идти и почему…

— Зачем ты меня бесишь? — Обрывает он готовую сорваться отповедь, делая решительный шаг мне навстречу. Теперь при всём желании не вырвать дверь из хватки его побелевших пальцев.

Марк действительно хмурится. Похоже, что ярость в нём срабатывает как щит на любую эмоцию.

— А не пойти бы тебе… беситься в другом месте? — выталкиваю сгустком горячего от волнения шёпота. Воздух между нами раскалён от напряжения, едва не потрескивает. — Особенно с учётом, что мне на твои психи глубоко плевать.

— Мне кажется, ты сильно преувеличиваешь своё равнодушие.

Решимость вдруг прогорает, опадая пеплом. При всей справедливости утверждения подтвердить его — значит признать, что меня за каким-то лешим это реально цепляет. Как ответить?

— Тебе кажется. — Дёргаю плечом, сбрасывая его вторую руку, и тут же ловлю себя на смутном сожалении, когда мне это удаётся. — Перестань меня преследовать, сам убедишься.

— Ещё скажи, что тебе это не нравится.

— Представь себе!

— Совсем ни капли? — тон Марка становится насмешливым, когда мне не сразу удаётся оторвать взгляд от его пальцев, подныривающих под низ моей футболки.

Я не могу контролировать реакции тела: ни мелкую дрожь, ни изменённое дыхание, ни помутневший моментально взгляд.