Книга Бывший моей соперницы, страница 36 – Яна Лари

— Надька, — отстранившись, смакую её имя на языке. — Ты разве не знаешь, что дразнить мужчин как минимум опасно? Ты зачем в прошлый раз открыла мне дверь и дала надежду на большее?

— Иди к чёрту, — искусанные губы на выдохе выталкивают воздух хриплым стоном.

Тени от ресниц подрагивают на щеках, будто обжигаются, и меня неожиданно злит, что в полутьме не увидеть румянца. Такой — уязвимой и кроткой она мне нравится больше всего.

— Так мне уйти? Точно? — усмехаюсь, сползая чуть ниже. Ловлю ртом через ткань сарафана затвердевший сосок и прикусываю. Реакция следует незамедлительно: безотчётно громкая, яркая, бьющая прямо в мозг. Надя выгибается подо мной, тихо стонет. Сама льнёт ближе. Всем телом... — Пора бы уже запомнить, что я беру то, что хочу, и тогда, когда хочу, ясно?

Я уже понимаю, что будет дальше — всё будет! Абсолютно всё, что захочу, и это осознание отрубает тормоза.

— Какой же ты всё-таки… Невыносимый… Не понимаю, почему подчиняюсь, — словно оправдывается за мимолётную слабость, но тут же запрокидывает голову, открывая шею для поцелуев.

— Потому что тебе это нравится, — безжалостно называю вещи своими именами. — Всё по обоюдному... Сюда иди!

Рывком закидываю себе за шею Надины связанные руки. Приподнимаю её за подбородок, заставляя смотреть мне глаза, заставляя признать и понять, насколько она глупо пытается себе сопротивляться.

— Ненавижу, — опаляет мои губы горячим дыханием. — Я ещё даже ничего не спросил, а ты уже врёшь. И на обиженную ты сейчас меньше всего похожа, — говорю усмехаясь. — Давай, целуй уже меня.

Сжимая в кулаке длинные волосы, наклоняюсь, почти касаюсь кончиком носа горящей щеки. Шумно втягиваю воздух, ощущая, как вкусно она начинает дрожать. Надя на пару секунд прикрывает глаза. Сжимая губы, яростно сдавливает челюсти. А потом как взмахнёт ресницами, как дёрнется, врезая бечёвку мне в заднюю часть шеи!

— Не буду, сказала!

— Да и плевать.

Сгребаю её под себя ниже и, упираясь коленями в сено, удерживаю между бёдер вертлявое тело. Достала болтать! Пальцы не слушаются, царапают девичьи плечи, пока я целую вечность воюю, развязывая ленты сарафана. Борьба между нами разыгрывается отчаянная. Клевер разлетается во все стороны, оседает сладкой пылью на языке и в носу, колется, кажется, даже в трусах. Не выдержав зуда, стаскиваю с себя футболку, что не так просто с учётом помехи в виде её связанных рук. Приходится освободиться и от «объятий» так же. Ещё кляп в комплект — цены бы ей не было.

В два рывка стаскиваю вниз платье, открывая белоснежную грудь с острыми от возбуждения сосками. Уже даже не смотрю, а жру её глазами. Веду пальцами по впалому животу, влажному от испарины до самой кромки белья.

Чтобы раздеть Надю полностью, приходится привстать. Не знаю, осознанно или нет, она приподнимает бёдра и сгибает колени, помогая мне стянуть тонкие стринги.

— Вытяни руки, — командую хрипло. В голове мутное марево. Возбуждение и похоть разгоняют кровь до шума в ушах.

Не дожидаясь реакции, дёргаю её вверх, заставляя встать на ноги. Медленно обхожу свою добычу по кругу, обгладывая голодным взглядом каждый изгиб совершенного тела. Она застывает, наблюдая за мной заторможенно и с опаской.

Отбрасываю длинные растрёпанные волосы назад, так, чтобы видеть грудь во всей красе. Взвешиваю, сминаю в ладони налитую тяжесть…