Книга Хозяин моих желаний, страница 66 – Яна Лари

— Непохоже, что это тебя волновало минуту назад.

— Такого больше не повторится. – Непослушными пальцами возвращаю на место бретельки, не понимая кого в этом пытаюсь убедить. Потому что, положа руку на сердце, уверенности в своей силе воли не осталось никакой.

Меня штормит, шатает из стороны в сторону. Мозг требует перезагрузки, а тело – продолжения. Я суетливо подхватываю вещи, но поняв, что натянуть облегающий свитер в таком состоянии проблематично, просто прикладываю его к груди.

Раду опускает голову и смотрит на красную полоску ткани, скомканную в его руке, а затем бросает шарф в сторону. Снова поднимает на меня глаза.

Я внезапно осознаю, что он сейчас на моей территории и спрашивает позволения остаться. Только мне придётся наступить себе на горло, чтобы разрешить нам продолжить прерванное.

— Что с бонусом? Тебе понравился мой танец? – Пытаюсь усмехнуться, но моё желание прикоснуться к нему слишком навязчиво. С усилием сдерживаю себя, чтобы не сорваться вперёд, оставив сожаления на завтра.

И в том, что я всё-таки не делаю этот шаг только его заслуга. Вчера в душе Раду доходчиво показал, как остро режет равнодушие, а затыкать свою гордость я пока не научилась.

— А ты как его оцениваешь?

— Пусть следующим выпадет туз. Вне зависимости, какая это на самом деле карта, – отзываюсь уверенно. Конечно, возможность, что он согласится, всерьёз не рассматриваю, но горящие губы не дадут продешевить. – Поцелуя в желаниях не было.

— Принято.

Быстрое прикосновение губ к виску и он бесшумно выходит из комнаты, пожелав мне спокойной ночи. А я остаюсь считать часы в ожидании пока в доме стихнут все звуки.

Раскладываю отдельно влечение, потому что оно неизбежно, когда мужчина и женщина столько времени проводят наедине. Отдельно защитную реакцию психики, склонную искать оправдание принуждению. Остаётся растерянность, потому что есть ещё что-то эгоистичное и никакого отношения к логике не имеющее.

Даже осознавая всё факторы, способные ввести меня в заблуждение, я пальцами ловлю свою улыбку. И это ни в какие законы здравомыслия не вписывается. Теперь меня больше тревожит не Раду, а я сама.

Выждав достаточно времени, украдкой проскальзываю к нему в спальню. На прикроватной тумбе в свете гирлянд выделяется матовый корпус телефона. Мой шанс, которым я просто обязана воспользоваться, если хочу перестать сомневаться в своей адекватности.

По мере приближения к кровати воздух словно холодеет.

Этот момент мне будет сниться в кошмарах: мигающий свет гирлянд за окном, слабость в коленях и противный холодок, бегущий по спине. Если Раду вдруг проснётся – конец. Он с расправой затягивать не станет – доказано. А методы у него изощрённые. Лучше не попадаться.

Сердце колотится с каждым миллиметром всё выше. Малейший шум и, чувствую, выплюну сразу!

К счастью, спит он на животе, лицом в подушку. За мной следит только птица на его лопатках. И это я сейчас не образно. Реально ощущение такое, будто каждый шаг пасёт, вот-вот клювом щёлкнет – весь лес перебудит. А мебели в комнате, как назло, не так много. Захочешь спрятаться – некуда.

До телефона остаётся совсем немного, достаточно руку протянуть. Только очень-очень медленно, ибо напряжение такое, что, кажется, любой неосторожный порыв воздуха взорвёт тишину.