Книга Босс, ваше алиби – я, страница 21 – Алекс Скай

Вместо этого он приносил мне воду, а я искала доказательства, которые могли либо очистить его имя, либо уничтожить окончательно.

— Почему вы согласились? — спросила я.

— На что?

— На мои условия.

— Потому что совет всё равно бы их принял.

— Неправда.

Он встретил мой взгляд.

— Откуда такая уверенность?

— Вы могли спорить. Вы не спорили.

— Я устал.

— Ещё одна неправда.

— Соколова, вы когда-нибудь позволяете людям сохранять красивую версию ответа?

— Только если она не мешает проверке.

Ответ последовал не сразу.

— Потому что если я не могу доверять человеку, которого сам выбрал для внутреннего контроля, у меня сейчас проблемы гораздо серьёзнее ста восьмидесяти семи миллионов.

Я поставила стакан.

— А если это я?

— Что именно?

— Если выяснится, что я имею отношение к происходящему.

Он ответил не сразу.

— Тогда вы очень хорошо играете.

— Не ответ.

— Хорошо. Если это вы, я хочу, чтобы именно вы довели проверку до момента, когда больше не сможете спрятать собственное участие.

Я невольно усмехнулась.

— Удобно.

— Логично.

— А если это вы?

Он встретил мой взгляд.

— Тогда надеюсь, что вы не остановитесь раньше.

Вот теперь я поверила. Не в его невиновность. До неё было ещё далеко. Я поверила в то, что он действительно готов увидеть любой результат. Для человека, который привык контролировать всё вокруг, это было почти неприлично большое доверие.

— Договорились, — сказала я.

— Мы уже договорились на совете.

— Теперь по-настоящему.

Он протянул руку через стол. Я посмотрела на неё.

— Вы серьёзно?

— Не хотите?

— Боюсь, после сегодняшнего любое рукопожатие окажется в журнале доступа.

— Рискнём.

Я вложила ладонь в его руку. Теперь прикосновение было совершенно намеренным. Никакого случайного соприкосновения пальцев, как в лифте. Простое рукопожатие. Деловое. И почему-то от этого гораздо более личное.

— Без вмешательства, — напомнила я.

— Без удобных выводов, — ответил он.

Мы отпустили руки. Первый настоящий союз в моей жизни с Артёмом Романовым продлился ровно сорок секунд до следующего спора.

— Откройте вот этот документ, — сказал он.

— Вы уже командуете.

— Я попросил.

— Это была форма приказа.

— Вера.

— Открываю.

Я нажала на строку. Платёж был старше остальных. Почти три года назад. Сумма — шесть миллионов двести тысяч. Получатель — компания, которая больше не существовала. Основание — консультационные услуги. Я открыла карточку согласования.

— Здесь вас нет, — сказал Артём.

— Вижу.

Впервые за несколько часов платёж из списка Павла не содержал его имени.

— Значит, исключение.

— Или начало схемы.

Я прокрутила вниз. Финансовый контроль. Юридическое согласование. Операционный блок. А затем увидела фамилию, от которой сначала просто перестала понимать смысл строки. Соколова Вера Сергеевна. Я моргнула.

— Что? — спросил Артём.

Я промолчала. Открыла историю документа. Дата. Двадцать второе апреля. Я посмотрела ещё раз. Потом на собственную фамилию.

— Вера?

— Подождите.

Я открыла свой кадровый профиль в другой вкладке. Дата назначения. Двадцать девятое апреля того же года. Мои права финансового согласования были активированы ещё позже — шестого мая. Я медленно повернула ноутбук к Артёму.

— Что это?

Он прочитал. Его лицо изменилось.

— Ваша подпись?

— Так написано.

— Вы тогда уже работали здесь?