Книга Развод под прицелом объектива, страница 54 – Ольга Игонина

— И вас могу. Кость, может, и ребят отфоткаем, на всех сайтах сотрудники представлены. А у вас такие все красивые, почему бы не показать.

— Только не в стиле австралийских пожарных, — Костя смеется.

Работа закипела. Сотруцдники что-то чинят, я лавирую между ними с камерой. Оказывается, репортажная съемка — это так интересно, а я никогда об этом не думала.

Подхожу к Косте, делаю пару кадров.

— Ульян, а у тебя какие планы?

— Думаю, работу менять. — С уверенностью, что он о работе, — Ухожу из-под влияния Нестеровых. Столько резюме отправила, а меня все на работу берут. Представляешь. Осталось, только выбрать кого-то.

— Ульян, а зачем? Ты такая талантливая, зачем тебе кто-то? Делай свое имя, уверен, что у тебя все получится. А если тебе нужно куда-то оформиться, я могу тебя к себе оформить, фотографом, смс-специалистом или еще кем-то.

— Я подумаю, сегодня первый день сама с собой.

— Если что я здесь, — снова показывает на каморку на втором этаже, — пока работаю. Если что-то нужно будет — забегай. Но не уезжай, с меня обед. И куда тебе перевести твою первую зарплату. И я тебя с ней поздравляю!

Пока еду на работу телефон разрывается, все от меня что-то хотят. Паркуюсь у офиса.

По десять пропущенных от мамы, Гришки, Марата, двух партнеров по агентству.

Может, где-то рядом метеорит приземлился, а я об этом не знаю. В голову начинают лезть страшные мысли, может, что-то с отцом, поэтому семья и на дыбы встала.

— Мам, что случилось? К чему такая спешка? — тараторю, как будто боюсь услышать ответ.

— Ты что там Гришу утопить решил? Ты знаешь, что у него из-за тебя проблемы будут. Он мне позвонил, сказал, чтобы я тебя уговорила Ульяну с работы не выгонять, — мама рыдает. Что за ерунда происходит, почему и работой Гришки мама интересуется, а что происходит у меня в жизни почти никому не интересно.

— Мам, а как вы себе представляете, я значит, с Улькой развожусь, а с рабочего места ее не отпускаю? — стараюсь держать голос, чтобы не пускаться в лишние объяснения. — Вы как себе это представляете? А Гришке давно пора работу найти, а не приспособленцем жить, мам, тебе так не кажется?

— Сынок, я тебя что-то не пойму. Ты должен помнить, что вы — Нестеровы, должны держаться друг за другом. Ты старше, опытнее, вот и возьми над ним шефство, — мама в приказном тоне.

— Ой, нет. Мы это уже проходили. Не помнишь, мы с ним и бизнес пробовали строить, мам, ему ничего не надо. Ничего, — последнее слово по буквам, чтобы ей стало понятнее. — Мне некогда. Если я все ваше нытье слушать буду, я не только жену потеряю, но и работу, и бизнес. Вместе с Гришкой к вам переедем, хочешь?

— Я думаю, ты разумный мальчик, придумай что-то.

Всю жизнь я должен заниматься не только своей жизнью, но и подтаскивать за собой младшего.

Набираю Марату. Кажется, моя трудовая деятельность, снова идет по одному месту. А это допускать никак нельзя.

— Гош, ну ты куда пропал. Звоню тебе с раннего утра!

— Марат, что надо? У меня вообще-то работа, и я, как понимаешь, бешено опаздываю.

— Да в гробу я видел твою работу! Ты наше дело топишь. Весь рынок гудит, что Ульяна Нестерова теперь на вольных хлебах, девочки начинают требовать или фотографа ее уровня, или контракт того, тю-тю...

— Марат, а у меня другой вариант. Я умываю руки, даже свою долю не буду забирать, пусть младшему Нестерову по наследству достанется. И делайте, что хотите: Ульяну возвращайте, нового специалиста ищите, переквалифицируйтесь и съемками собак займитесь. Мне теперь все равно, я так сильно в это вовсе заигрался и остался никем, ни с чем и ни с кем.