Книга Возвращение домой, страница 40 – Диана Мершери

— А я видела ее, когда она собиралась торговать, но не остановила, – радостно объявляет девушка.

Делаю вторую попытку подняться, и у меня наконец получается встать почти ровно, опираясь на столешницу. Усталость и головокружение подкатывают мгновенно, но Лайина меня придерживает.

— Кристина, ты выпиваешь на рабочем месте. Думаю, не надо объяснять, чем все это закончится?

Мне кажется, или голос Лизы звучит строго?

Хочется снять каблуки и прилечь прямо здесь, на полу.

— Кристи, давай поговорим? – Ина осторожно опускает мое обмякшее тело на станцию бортпроводника.

Коллега бережно приподнимает мой подбородок, чтобы я сосредоточила свое внимание, а потом присаживается на корточки, сохраняя зрительный контакт. Мне вдруг кажется, что передо мной мама и это ее теплые руки сейчас накрывают мои. Видимо, пора признать, что я потихоньку схожу с ума.

— Разговорами тут не поможешь. Ты же видишь, это безнадежно, – подытоживает Эллина с ухмылкой.

— Я, кстати, хотела найти твою тушь, – улыбаюсь, но не смотрю на нее.

— Что? Какую тушь?

Лайина подает мне стакан воды, и я, причмокивая, с жадностью опустошаю его. Затем забираю бутылку с ромом у Лизы и, раскачиваясь в проходе пассажирского салона, ухожу прочь от любопытных глаз. Откуда во мне только берутся новые силы? В голове зреет план найти Даню, чтобы забрать у него визитку. Попробую себя в продажах, лишь бы платили. Я держусь на ногах ровно до появления лестницы, но преграда неожиданно вводит в ступор и кладет конец моим приключениям.

Я помню, что говорили коллеги: Лиза грозилась увольнением, Даня уговаривал отдать ему бутылку, Эллина строила из себя правильную, а Ина просила остановиться и подумать о себе.

— Мне не нужна эта чертова работа в «КиЛайн», ненавижу отцовскую фирму. Она отняла у меня родителей.

Мои руки обвивают шею Дани. Приятно почувствовать опору.

— Что теперь будем делать?

Узнаю хриплый голос врача позади себя.

Не помню, как я поднялась по лестнице, но сейчас мы находимся в кухне второго этажа.

— Место будет моим! – я имею в виду новую работу.

Голос осип. Я пытаюсь звучать трезво, но слова вяло переплетаются между собой.

— Ничего не может быть твоим только потому, что ты дочь управляющего, – ядовито отрезает всезнайка Ромео.

— Ты никогда не был и не будешь на моем месте, жалкий врачишка, – со всей силы дую на упавшую на лицо прядь своих волос.

Даже в таком состоянии я могу разглядеть маленькую полоску на переносице угловатого лица. А может, дело в том, что Рома стоит достаточно близко ко мне.

— Ты не знаешь, о чем говоришь.

— Может, я завтра пожалею об этом, но сказать все же стоит. Боже, а я довольно бодрая для алкоголички, – поражаюсь своей способности стоять на каблуках и говорить уже почти без запинок. – Вы все здесь горячо уважаете моего отца, но этот мужчина уже давно ведет двойную жизнь. Одна нога здесь, а другая где? В Италии!

Я улыбаюсь во все тридцать два и не сразу замечаю подошедшую Эллину. Она пытается что-то сказать, но я уже вошла в раж. Сжимаю ладони в кулаки и продолжаю во весь голос:

— И сейчас он не во Франции, решает вопросы компании, а у своей лю-бов-ни-цы в Риме, – тяну я как можно громче. – А самое паршивое во всем этом, что я все равно хочу ему понравиться, выслужиться перед ним. Я должна получить одобрение, услышать, что я молодец, что мне не надо больше биться головой об стену. Жизнь стала бы проще, она бы заиграла новыми красками, если бы я точно знала, что заслужила его гребаное расположение.