Книга Посмотрим, кто кого…, страница 43 – Мари Стефани

— Помятый Ламборджини! И в таком виде я стояла перед Люциком! Мало того что и так в офисе изображаю из себя колхозанку дорвавшуюся до косметики, так теперь еще это позорище!

Схватив косметичку, стала спешно поправлять макияж, чтобы больше никто не увидел меня в таком виде.

Через четверть часа я сидела за своим рабочим столом и, склонившись над каким-то документом, изображала бурную деятельность. На самом деле я обдумывала план проникновения в кабинет Люцика. Мне, наконец, пришла в голову идея, как это сделать. Вот только как реализовать план?

— Что, если огреть ее чем-нибудь по голове и забрать ключ?

Нет, это влечет за собой как минимум пять лет за решеткой и штраф.

Выкрасть?

Нет, тоже не исключен тюремный срок.

Попросить?

С чего ей так рисковать?

Подкупить? Может сработать. Но не исключено, что потом сдаст Люцику.

От мыслей, как взять у уборщицы ключ, отвлекла секретарь, сообщившая, что меня ожидают в конференц-зале. Оказывается, неожиданно прибыли иностранные партнёры, и я нужна наверху.

Взяв блокнот с карандашом и не забыв бросить взгляд на зеркало, я отправилась на переговоры. Спустилась к охранникам за пропуском, и затем на персональном лифте на этаж босса.

Выйдя из лифта, заметила, что дверь в кабинет Люцика открыта, а сам он уже находился в конференц-зале. Это я поняла, по доносившемуся из другого конца холла голосу. Так и подмывало заглянуть в приоткрытую дверь и воспользоваться моментом. Но застигнутой на месте преступления быть не хотелось, ведь тогда Мирный быстро вычислит, кто я на самом деле. Поборов искушение, я направилась в конференц-зал.

Войдя, поздоровалась со всеми. Мне ответил недружный хор мужских голосов, перед этим оценив мою внешность. А Люцик так вообще едва сдерживал ухмылку. Помнит мерзавец, в каком виде я оставила его с утра. Кстати, надо сказать, что на нём была девственно-чистая рубашка. Скорее всего, он в кабинете хранит запасную.

Заняв свободное место, я разложила перед собой блокнот и приготовилась делать заметки. По началу все мое внимание было сосредоточено на переговорах, я старалась как можно точнее передать суть проблемы каждой из сторон, но потом мое внимание привлекло движение за перегородкой. Там в коридоре со своей рабочей тележкой, полируя двери, была уборщица. И все мое внимание вновь переключилось на мысль, как воспользоваться ее ключом доступа на верхний этаж. Переговоры переводила на автомате, уже не пытаясь подобрать более правильные слова.

Когда партнёры договорились и стали расходиться, Люцик неожиданно произнес, обращаясь ко мне:

— Полина, не могли бы вы задержаться?

Проглотив, готовое сорваться с губ ругательство, я с милой улыбкой ждала, когда все покинут конференц-зал.

Когда последний мужчина вышел, прикрыв за собой дверь, я как можно любезней произнесла:

— Вы что-то хотели, Люциан Артемьевич?

— Вижу, вы успели поправить свой изысканный макияж, — произнес этот мерзавец.

— Вы именно за этим меня задержали? — огрызнулась я.

— Не за этим. Я хотел узнать, что во время переговоров вас привлекло в коридоре, из-за чего вы допустили две грубые ошибки при переводе?

— Что? Где? Я все верно перевела! — возмущённо вскочила я с места.

— Когда партнёры предложили свой продукт, вы перевели мои слова, как утверждение, что мы подумаем. В то время как правильнее было бы перевести, что нам нужно время, чтобы ознакомиться с их предложением и подумать.