Книга Бостонская ведьма, страница 23 – Андреа Каталано

— Истинно так, – поддакнула Мэгги. – Томас приехал туда аж из Бристоля.

— Так вот, проработал я там шесть лет, а потом на ферму пришла вот эта молоденькая молочница и почти сразу стала притчей во языцех.

Томас умолк и с улыбкой оглянулся на жену – ее появление в имении Уиншип и в самом деле было оглушительно громким.

— Она отличалась невероятной прямолинейностью и больше напоминала какую-нибудь уроженку Средиземноморья. И у нее всегда находилось, что сказать. По любому поводу. Что на уме – то и на языке, так что все всегда знали, что она думает. Согласитесь, приятно видеть, что некоторые вещи не меняются, сколько бы лет ни прошло?

Мэгги наморщила нос и показала ему язык. Эта ее манера за семнадцать лет тоже никуда не исчезла.

— Впервые я увидел ее за общим столом для работников, во время ужина, – она разговаривала с другой дояркой про какого-то там парня и ничуть не скрывала своего презрения. Я еще подумал тогда: ей-богу, красива как ангел, а язык – будто у дьявола позаимствовала!

Над столом грянул дружный хохот.

— Но меня это ничуть не оттолкнуло, совсем наоборот, привлекло еще больше. Я-то знавал только тихих и скромных женщин, никогда не открывавших рот первыми, чьи мысли и чувства были скрыты от всего мира. Но эта Мэгги Дринквотер оказалась каким-то совершенно неведомым мне существом. Я никогда прежде не встречал таких и за это ее полюбил. Но, в отличие от тебя, храбрый Сэм, – Томас кивнул хозяину, – я был слишком тихим парнем, чтобы взять и подойти к ней. А она совсем не обращала на меня внимания, так что я уверился, что ей вовсе не интересен. К тому же вокруг нее хватало других парней, куда более уверенных в себе, – и, честно говоря, со стороны их попытки за ней приударить напоминали попытки одолеть быка или укротить дикую лошадь…

— У тебя было много ухажеров, да, Мэгги? – спросила Элис.

— Нет, хотя многие пытались ими стать, – ответила та. И в этих словах не было ни капельки лжи.

— И, значит, настал как-то день праздника в честь середины лета… – продолжил Томас, но осекся: хозяева тут же одобрительно захлопали в ладоши.

— Солнцестояние – это прям самое оно! – заявил Сэм.

— В общем, после долгого рабочего дня я мылся у колодца, а эта… – Томас и сам рассмеялся, вспомнив этот момент, – …взяла да и подкралась сзади, как призрак, и сказала громко так: «Никаких девиц на праздник солнцестояния ты не поведешь!» Я от неожиданности чуть из собственной кожи не выпрыгнул – так она меня напугала, прям до чертиков. И, значит, поворачиваюсь – только что не трясусь, волосы мокрые, по рукам и лицу течет… Поворачиваюсь и говорю: «Тебе-то какое дело, кого я поведу на праздник, девочка?» А она мне: «Потому что ты поведешь туда меня, вот какое!»

— То есть это не он тебя пригласил, а ты его, Мэгги? – спросил Сэм.

— Никто никого не приглашал. Я просто сказала ему, что он поведет на праздник меня. Потому что не собиралась давать ему выбора – вдруг он решил бы сходить туда с другой? Ну и, конечно, выглядеть дурочкой мне тоже не хотелось.

— То есть ты все-таки положила на него глаз, – заметила Элис.

— Ну ясное дело! – откликнулась Мэгги и по-лисьи хитро улыбнулась, покосившись на Томаса. – А как же иначе? Он был самым высоким и самым сильным парнем на всей ферме, и волосы у него темные, как у меня, зато глазищи зеленые. И вот эти глазищи меня и покорили. А еще его тихий нрав. Понимаете, до тех пор мне встречались мужчины, что везде выпячивают себя да высказывают свое мнение, будто какие короли, словно сам Бог подарил им на то священное право. Большей частью думают они, будто знает все и обо всем, да так и разговаривают, а изо рта у них льются одни пустые слова, и ничего-то они на самом деле не знают. Чем громче такие разглагольствуют, тем меньше знают на самом деле. Чем громче хвастаются, тем меньшим обладают. И чем больше распускают хвост перед девицами, тем меньше им есть чем порадовать этих девиц под одеялом!