Книга Бостонская ведьма, страница 144 – Андреа Каталано

— Замолчи! – велел констебль, стуча посохом по доскам пола, и каждый такой удар отдавался в моей голове жгучей болью.

— Суд вызывает достопочтенную миссис Уилер!

— Миссис Уилер… – пробормотала я, пытаясь сообразить, кто это. – Миссис Уилер… – я огляделась по сторонам и заметила старшую из той троицы дознавательниц, что приходили вчера вечером. – А, вот она, Марта Уилер!

В зале повисла тишина. Магистраты с опаской покосились на меня – будто я бормотала себе под нос не чью-то фамилию, а заклинание для вызова демонов.

— Миссис Уилер, – начал магистрат Дадли, – просим вас рассказать суду, что вам удалось выяснить во время осмотра обвиняемой.

— С удовольствием, магистрат Дадли, – ответила та и на мгновение умолкла, прокашлявшись. Покосившись на меня, она снова перевела взгляд на судей. – Мне было поручено провести осмотр тела Маргарет Джонс, чем я и занималась вчера вечером с двумя своими помощницами.

— Миссис Уилер, вы можете назвать себя такой же опытной искательницей ведьм, как Мэтью Хопкинс, старший искатель ведьм из Мэннингтри, графство Эссекс?

— Да, сэр, безусловно. Я прекрасно знакома с его трактатом «Распознавание ведьм» и три раза лично помогала мистеру Хопкинсу осматривать тела обвиняемых в колдовстве в моем родном городе Бери Сент-Эдмундс.

— Пожалуйста, расскажите, что вам удалось обнаружить на теле обвиняемой.

— Да, Марта, давай, – подначила я, – расскажи им все-все, что видела. Расскажи всем, как раздела меня догола и исследовала каждый дюйм моего тела.

— Молчать!

— Расскажи им, Марта! Расскажи, как твоя молодая помощница таращилась на изгибы моей талии и бедер, на полные груди, столь искушающе выглядевшие, – слова неудержимо выскакивали изо рта, и мне самой становилось от них смешно.

Я знала, что надеяться не на что. Так чего мне терять? Теперь только и оставалось, что как следует ткнуть их всех носом в их глупость и их преступления. Я до последнего вздоха буду платить им той же монетой, пока не перестану дышать.

— Тихо! Тихо! – взревел констебль, а в зале поднялся дикий шум.

Я торжествующе расхохоталась, глядя на собравшихся, – те явно считали меня то ли безумной, то ли одержимой. Но затем я наткнулась глазами на Стрэттонов; Сэмюэл умоляюще посмотрел на меня и беззвучно прошептал: «Мэгги!», а Элис, напротив, глядела понимающе и одобрительно кивнула, не обращая внимания на то, что у нее самой по щекам текут слезы.

А слева от нее я заметила Томаса – его зеленые глаза смотрели так выразительно, что я буквально услышала, как он говорит: «Моя Мэгги, дикая и неукротимая, не теряющая остроты языка даже перед лицом смерти…» А потом он зажмурился, стараясь отогнать наворачивающиеся слезы.

Мой Томас, мой родной, как же мне хотелось коснуться губами его виска и вдохнуть знакомый запах! На всей земле не нашлось бы запаха роднее, чем его, музыки слаще, чем его смех, прикосновения более чудодейственного, чем касание его загрубевших пальцев к моей коже. Господи, ты и впрямь благословил меня, ниспослав в мою жизнь такого человека. Как же удачно повернулось колесо судьбы!

Я победоносно улыбнулась – мысль, что мы с Томасом прожили жизнь более полную, более прекрасную, чем все те, кто собрался в этом проклятом зале, наполняла меня восторгом. Жалкие завистники!