Книга Жестокое общество, страница 97 – Морган Бриджес

Ксавье был здесь!

Он пришел, чтобы защитить меня, испытать и, в конце концов, заняться со мной любовью. Но сейчас постель пуста, место рядом со мной остыло. Куда он ушел после того, как я уснула? Где ночевал, раз тут, со мной, его не было?

Выбравшись из кровати, набрасываю халат и прохожу по комнате. Смотрю в окно на зарождающийся день. На улице все тихо и мирно, никак не угадаешь, куда Ксавье мог деться.

Вернется ли он? Или лишь заскочил на мгновение перед тем, как отправиться выполнять очередное задание Ордена?

Я отхожу от окна, и мой взгляд снова падает на бурое пятнышко. Это нечто реальное. Нечто такое, чего у меня никто не отнимет. Тянусь к телефону, надеясь увидеть сообщение от него. Но экран темный, новых уведомлений нет.

Со вздохом кладу мобильник на комод, прячу кинжал в чемодан и снимаю наволочку с подушки. Будет просто чудо, если я смогу отстирать пятно так, чтобы Глория не заметила. Она, конечно, милейшее существо, но ее проницательность порой просто пугает.

В ванной привожу себя в порядок, комкаю в руке наволочку и спускаюсь вниз. По пути на кухню забрасываю ее в стиральную машину и запускаю цикл. Из кухни маняще пахнет свежим кофе и шкворчащим беконом. Глория, напевая, готовит завтрак.

Завернув за угол, вижу, как она хлопочет: держа в одной руке лопаточку, в другой кофейник, снует между плитой и столом.

— Доброе утро, Делайла, – оборачивается она ко мне. – Надеюсь, ты проголодалась? Я тут столько наготовила, что можно целую армию накормить.

— Доброе утро, Глория. Я всегда голодная, – забираю у нее из рук кофейник. – Пахнет божественно.

— Как голова? – Она с тревогой вглядывается в меня.

Растерянно хмурюсь, и тут вспоминаю, что наврала ей вчера.

— О, все отлично. Спасибо. Ужасно глупо вышло. Наверное, приснился какой-то увлекательный сон.

— Судя по звукам, еще какой увлекательный.

Если она слышала, как Ксавье меня трахает, я просто умру от стыда.

Прикладываю все силы, чтобы не вспыхнуть, но помогает не очень. Отхожу к шкафу и достаю кружку, чтобы Глория не заметила, как пылают у меня щеки. Наливаю кофе, добавляю сливок и попутно пытаюсь овладеть собой.

Оборачиваюсь лишь когда понимаю, что справилась с виноватым выражением лица. И тут же едва не роняю чашку.

В комнату входит Ксавье с пакетом сахара в руках.

— Глория, я купил. Этого хватит?

— Да, отлично, – кивает ему моя опекунша. – Поставь на стол, дорогой.

Ксавье? Дорогой? Я что, угодила в альтернативную вселенную?

Щиплю себя за руку, довольно больно, но видение не исчезает. Это и правда Ксавье, как всегда, в черном, весь из себя греховно притягательный и совершенно неуместный в подобной обстановке. Лишь на шее в том месте, где я его порезала, непривычно белеет пластырь.

— Не будь грубой, Делайла, – укоряет Глория. – Поздоровайся с нашим гостем. Ксавье проделал такой долгий путь, чтобы провести этот день с семьей. Ты бы хоть гостеприимство проявила и поприветствовала своего парня.

— Парня? – тупо повторяю я, все еще отказываясь понимать, что здесь происходит.

Ксавье одаривает меня озорной усмешкой и подходит ближе.

— Доброе утро, красавица!

Он запускает руку в мои собранные в небрежный пучок волосы и притягивает к себе для поцелуя. Стоит его губам коснуться моих, и мысли путаются. Ксавье же отпускает меня быстрее, чем я успеваю прийти в себя и ответить на поцелуй. Или смутиться из-за того, что моя опекунша находится с нами в одной комнате.