Книга Жестокое общество, страница 143 – Морган Бриджес

Двери открываются только через час. Снова появляется Дэниел Кент.

— Совет вынес решение.

Мы идем за ним обратно в зал. Сжимаю кулаки, борясь с желанием бросить все к черту и помчаться к Делайле. Но я знаю, что жизнь в бегах – не выход. Рано или поздно Орден нас найдет.

— Ксавье Донован и Бенджамин Маккензи, – начинает Леонард Гейдж, – совет рассмотрел ваши показания и обстоятельства смерти Эдварда Донована. Мы признаем, что ситуация была исключительная, и понимаем мотивы ваших действий. Поэтому мы решили, что в отношении наследника Маккензи не будет предпринято никаких карательных мер. Вместо этого он продолжит служить Ордену с удвоенной бдительностью и преданностью его принципам.

Гейдж улыбается.

— Но ты, Ксавье Донован, будешь наказан. Ты должен был унаследовать империю своего отца, но теперь этого не произойдет. Обязанность и привилегия править ею перейдет к твоему двоюродному брату Лиаму Доновану.

Я был готов к такому исходу и потому киваю. Орден не мог позволить мне править империей после убийства отца, не то другие вороны решили бы последовать моему примеру. И в семьях воцарились бы раздор и хаос. Теперь же, лишенный власти, я, наоборот, стану поучительным примером для всего сообщества.

Да и черт с ними, зато теперь я весь принадлежу Делайле.

Гейдж опирается на стол, и я оборачиваюсь к нему.

— Однако, – подводит итог он, – есть еще кое-что. Совет решил, что ты, Ксавье Донован, все же сможешь унаследовать империю своей семьи, если женишься и произведешь на свет наследника мужского пола для продолжения рода Донованов. Кандидатура будущей миссис Донован должна быть заранее одобрена Орденом.

Его слова тяжестью ложатся на плечи. Здесь речь уже идет не только о контроле над империей, но и о сохранении наследия Донованов и о том, чтобы удержать меня подальше от Делайлы. Это компромисс, способ совета обеспечить преемственность и одновременно проверить мою лояльность.

Кент поднимается и смотрит на меня очень серьезно.

— У тебя есть пять лет, чтобы выполнить эти условия, ворон. Если ты не послушаешь нас, империя перейдет к Лиаму навсегда.

Я медленно киваю, осознавая, чем рискую. Перед глазами всплывает лицо Делайлы, и в груди разливается тепло. Орден не понимает, что за нее я отдам все.

Империю. Богатство. Жизнь.

Без Делайлы я ничто.

— Я все понял, – произношу я. – И принимаю решение совета.

И вот я опять в больнице семейства Кент. Если у них есть бонусы для постоянных клиентов, мне точно что-нибудь полагается.

Зажмуриваюсь. Перед глазами проносятся события в катакомбах – так ярко и отчетливо, словно все произошло пару минут назад. Я страшно испугалась, подумав, что Ксавье грозит смерть. В ярости набросилась на его отца и убила его.

Я лишила Эдварда жизни. И пускай у меня были на то причины, все же это тяжело осознавать. Смерть необратима. Но такова и моя любовь к Ксавье.

Я бы сделала для него все что угодно, я даже свое сердце отдала, хотя не думала, что мне когда-нибудь придется с ним расстаться. Вернее, технически, это он дал мне сердце. Так или иначе, Ксавье – первый и единственный мужчина, которого я полюбила.

Он шел сквозь тьму ради нас, и теперь я сделала то же самое. Если чтобы его защитить, мне пришлось шагнуть в тень, в зону серой морали, значит, так тому и быть.