Книга Жестокое общество, страница 109 – Морган Бриджес

В затуманенном газом сознании тени извиваются, превращаясь в гротескные фигуры, стены пульсируют и гнутся в разные стороны. Я крепко держу Бенджамина, тот спотыкается и кашляет, прикрывая рот воротом футболки.

Не стану тратить драгоценный кислород на разговоры. Почти ничего не видя, двигаясь по памяти, я нахожу узкий еле заметный шов в бетоне, отмечающий вход в мое старое убежище. Повернув секцию трубы, открываю скрытую в стене дверь.

Воздух внутри чистый, газ снаружи сюда не просочился. Я быстро вталкиваю Бенджамина внутрь, затем оглядываюсь, чтобы убедиться, что Деклан не идет следом, и закрываю дверь.

От кашля меня едва не выворачивает. Делаю несколько глубоких вдохов, наслаждаясь чистым воздухом, а потом включаю свет. Зрение еще не окончательно прояснилось, но все же хоть что-то я вижу. Хоть и сквозь облака мелькающих перед глазами летающих черепов.

— Маккензи, слушай меня, – я поворачиваюсь к Бену. – У меня мало времени, так что не перебивай.

Бенджамин стоит, прижавшись спиной к холодной каменной стене, и пристально смотрит на меня, в тусклом свете на его лице лежат глубокие тени. Интересно, а его какие галлюцинации посетили?

— У моего отца на тебя после Испытания большие планы, – рассказываю я. – Став вороном, ты получишь доступ в катакомбы, и он потребует, чтобы ты открыл хранилище семьи Маккензи.

— Но почему?

— Оно открывается с помощью кода ДНК, так что ты единственный, кто может это сделать. Твой отец спроектировал его еще до твоего рождения.

Бенджамин в тревоге щурится.

— А после того, как я открою хранилище?

Я набираю в грудь побольше воздуха.

— Он хочет, чтобы я тебя убил.

— Какого хрена, Икс?!

Я спокойно встречаю взгляд Бенджамина.

— Отец боится потерять свою власть, а ты, получив доступ к запертым в хранилище технологиям, станешь представлять для него угрозу. Он думает, что с помощью этих технологий сможет изменить баланс сил в свою пользу, получить преимущество перед другими семьями. А в итоге станет полновластным правителем Ордена.

Повисает напряженная тишина, лишь тонко звенят в воздухе незаданные вопросы. Наконец Бенджамин осторожно спрашивает:

— И давно ты в курсе?

Так и хочется солгать, но я не поддаюсь.

— Мне поручили следить за тобой три года назад.

— Фрэнк… – щурится он. – Это ведь был ты, верно?

— Да. Он угрожал тебе и Делайле. Нужно было избавиться от него.

— Насчет нее ты тоже получил приказ? – уточняет Бен, явно начиная злиться.

Качаю головой.

— Я не знал о ее существовании до той ночи.

— И что сейчас? – со смесью ярости и недоверия продолжает он. – Почему ты вдруг разоткровенничался после того, как годами собирался воткнуть гребаный нож мне в спину?

— Потому что… – Я набираю в грудь побольше воздуха и решаюсь рискнуть и сказать правду. – Ты слишком много значишь для Делайлы.

— Значит, потому что ты влюблен в нее, – помрачнев, качает головой Бен.

Я киваю.

— Ты хоть понимаешь, на что замахиваешься? Идешь против своего отца, против Ордена… Они считают Делайлу лишь твоей временной невестой, а не женой. Ее никогда не примут.

— Мне плевать. – Я скрещиваю руки на груди. – Я женюсь на ней, чего бы мне это ни стоило. И насрать на правила Ордена!

Бенджамин долго смотрит на меня, сначала потрясенно, потом задумчиво.