Книга Венецианский роман, страница 56 – Карло Фруттеро, Франко Лучентини

Мистер Сильвера во время их разговора спокойно покачивал своей длинной ногой. Он понимал, что в этом ее отчете нет ни малейшего лицемерия, нет попытки спрятать то, что не выразить словами; напротив, горячность, богатство деталей, уточнения, нюансы, предположения – это все признаки пылкого (немного слишком многословного) любовного разговора; здесь происходит что-то вроде перестановки. Никто не обманут, никто не лишен близости и домашнего тепла в этой семье из троих.

Из нарративного потока супруги, которая время от времени невинно бросает на мистера Сильверу счастливые взгляды, он узнает – одновременно с супругом – первые подробности о предстоящем сегодня вечером торжественном ужине у Козимы («Знаешь Козиму, кузину Раймондо?») и исчерпывающую историю коллекции Званич: сначала полное разочарование всех заинтересованных лиц, а потом оказалось все не так и впереди лишь премерзкий эпилог. С помощью интригана Пальмарина Федерхен («Знаешь, та пронырливая тетка Федерхен?») покупает всю эту мазню за гроши, чтобы вывезти ее за границу и там продавать по отдельности под бог знает какими именами художников. Славное дельце, с этой точки зрения.

Но тогда почему же (как видно, спрашивает муж) ты сама не провернула это славное дельце?

Да потому, что в аукционном доме «Фоукс» некоторые вещи просто недопустимы.

А что касается Федерхен, то, судя по одной любопытной детали, все это, вероятно, служит ей прикрытием для какой-то большой аферы, где попахивает миллиардами.

Дальше следует путаное объяснение, что именно имеется в виду под любопытной деталью, и гипотеза: эта афера как-то связана с виллой в Падуе. A может, сама вилла – тоже всего лишь прикрытие, только для отвода глаз, ведь от этого жулика Пальмарина всего можно ожидать. Хорошо бы раскрыть темные ходы соперницы, переиграть ее. Но как это сделать?

Да, теоретически можно начать следить за Федерхен, выяснить, с кем она встречается, но сейчас все-таки не карнавал: не могу же я ходить в маске в ноябре, и потом – контактировать с людьми она может и по телефону, верно? Идеально было бы иметь в своем распоряжении опытного профессионального сыщика, например, израильтянина; говорят, что у них лучшая в мире разведка, как там она называется – Шин Бет или Моссад. Ну а раз такого нет, остается включить Кьяру с ее многочисленными знакомствами; есть еще сплетник Раймондо и Козима, хоть она и слишком наивная, ее легко обмануть…

В общем, раньше или позже (лучше бы – раньше) станет очевидно, что никакой особой тайны здесь нет, ситуация простая и ясная. Некто в Венеции хранит – в своем палаццо, или на чердаке, или под лестницей, или на каком-то затерянном островке – нечто невероятно ценное, что можно продать за громадные деньги. Суть в этом. Так что надо взять себя в руки и приняться за дело. Как? Встречаться с людьми, стараясь избегать ранних подъемов и несъедобных ужинов. И снова встречаться с людьми.

Мистер Сильвера со смаком потянулся в своем кресле.

Ему, наверно, безумно скучно?

Вовсе нет. Напротив, он следил за разговором с большим интересом.

Правда, та еще проблемка? Настоящая тайна. А что он думает по этому поводу? Есть у него какие-нибудь гипотезы? Может ли он сообразить, как из потока неприличностей вульгарной Федерхен понять, в чем именно заключается «ее большая афера»?