Книга Familia. Две женщины, две правды, одна тайна, страница 24 – Лорен Э. Рико

Когда мой сосед улыбается моему удивлению, я вижу на его лице выражение гордости. Судя по акценту, он местный житель.

— Остров Пуэрто-Рико имеет всего-то около девяноста миль в длину и около тридцати в ширину, – говорит он, разведя руки, чтобы отобразить размеры острова прямо здесь, в четырнадцатом ряду кресел нашего самолета. – А остров Сан-Хуан и того меньше. Сделайте себе одолжение – возьмите напрокат машину, чтобы поездить и осмотреться. Если будете держаться магистральных дорог, вам хватит пяти часов на ознакомление. Добраться до внутренних районов Пуэрто-Рико будет немного труднее из-за гор, но и они стоят того, чтобы на них посмотреть. И вы, конечно, знаете, что в шестнадцатом веке наш город назывался Сан-Хуан-Баутиста-де-Пуэрто-Рико, в честь Иоанна Крестителя, а потом название сократили…

— Да, конечно! – говорю я, хотя не знаю этого, у меня нет ни малейших намерений задерживаться в Пуэрто-Рико дольше чем на пару дней, – надеюсь, этого мне хватит для того, чтобы покончить с путаницей. Но с другой стороны… Вряд ли я когда-нибудь прилечу сюда опять – так что, возможно, мне стоит осмотреть хотя бы небольшую часть здешних красот. Похоже, влажный тропический лес – это что-то интересное.

— Вы летите в Пуэрто-Рико по делам? – спрашивает мой спутник.

— В общем-то, да, – отвечаю я. – Я… я журналистка, – объявляю я, впервые в жизни озвучивая это вслух. Затем добавляю уже более уверенно: – Я пишу для журналов и ищу материал для очерка.

— Как интересно, – отзывается он, и в его глазах вспыхивает любопытство. – Вы собираетесь написать очерк о достопримечательностях Пуэрто-Рико?

— О… нет, не совсем… Вообще-то это касается совершенного там преступления…

Не знаю, что заставило меня сообщить ему это. Слова вылетели сами собой, еще до того, как я успеваю подумать о том, разумно ли вообще говорить о своей цели. Да ладно, не беда, через считаные минуты мы все равно приземлимся и больше не увидимся.

— В самом деле?

В его голосе слышится такой трепет, что мне становится ясно: только что я совершила огромную ошибку. Вот черт.

— Да… но это очень старое дело… висяк…

— А о чем же идет речь?

Сосед всем телом поворачивается в своем кресле, точно так же, как я, когда прильнула к иллюминатору, и его поза полна не меньшего любопытства.

— О, я уверена, вы никогда не слышали об этой истории. Обыкновенное рядовое похищение. Исчезновение маленькой девочки, имевшее место примерно двадцать пять лет назад…

Он шумно втягивает в себя воздух.

— Эту девочку звали Мариана? Вы говорите о Мариане Руис, да?

Я отстраняюсь, когда он перегибается через подлокотник и подается ко мне так близко, что, кажется, вот-вот окажется у меня на коленях. Ну и дела.

— Извините, вы сказали, что расследуете дело Марианы Руис?

Этот вопрос задал молодой человек, сидящий у прохода. Он в свою очередь подается ко мне, перегнувшись через пожилого соседа.

Вот черт. Черт, черт, черт. Теперь уже не удастся загнать джинна обратно в бутылку.

— Ну, я бы не сказала, что расследую его в полном смысле этого слова… – говорю я, тщась преуменьшить степень моего интереса.

— Моя мать все никак не может перестать говорить об этом деле, – сообщает молодой человек. – Я еще даже не родился, когда это произошло, но потом, когда мы с ней бывали в старой части Сан-Хуана, она никогда не выпускала меня из виду. Все боялась, как бы меня не украли и тайно не увезли на одном из этих круизных лайнеров…