Книга Familia. Две женщины, две правды, одна тайна, страница 166 – Лорен Э. Рико

Смотрю на нее, не понимая.

— Но… но ведь Мариана – это я.

— Нет. – Исабель качает головой. – Нет. Теперь я смотрю на это вот как: Мариана умерла в тот самый день, когда пропала. И… и в тот же день родилась Габриэлла.

— Я не понимаю…

Она улыбается бледной улыбкой.

— Гэбби, ты не Мариана – и никогда ею не была, ты не могла ею быть. И с моей стороны нечестно продолжать делать вид, что ты – это она. Маленькая девочка, которую я знала на протяжении тех семи месяцев, никогда не вернется. И я очень долго была не в силах это осознать… пока не появилась ты. Ты не та сестра, которую я потеряла, но ты та сестра, которую мне было предначертано иметь.

Инстинктивно, не раздумывая, я обнимаю ее и сжимаю с такой силой, что оба наших стаканчика с кофе отлетают в стороны. Мы стоим, обнявшись, посреди парковки перед самым прекрасным произведением искусства, которое я когда-либо видела.

— Te amo^[105], – шепчу я ей на ухо, и она прижимает меня к себе еще крепче, так крепко, что прежде я и не подозревала, что такое возможно.

— Я тоже тебя люблю.

Немного отстраняюсь и держу ее на расстоянии вытянутой руки, чтобы ясно видеть ее лицо.

— Мне нужно, чтобы ты кое-что для меня сделала…

Тот день

Теперь все всё знали, все факты были известны, и все присутствующие – каждый из них – были готовы переступить черту невозврата.

— Эта малышка должна покинуть наш остров, – сказал Мигель.

Произнося эти слова, он понимал, что обратной дороги нет.

— Они оба должны покинуть его, – твердо объявила Бланка. – И малышка и Коки – они оба должны покинуть остров.

Мигель перевел взгляд на Мака и Люси.

— Чтобы еще раз внести ясность – если ее отец согласится, вы возьмете эту девочку?

Чета Ди Марко снова переглянулась, и за них обоих ответил Мак:

— Да. Да, но только если на это согласится ее отец.

Мигель кивнул:

— Хорошо. Беатрис, разыщи Альберто и приведи его сюда. Но нельзя допустить, чтобы тебя кто-то заметил. Тебя не должны видеть ни копы, ни члены банды, вообще никто. Ты меня поняла?

В ответ она только брови подняла.

— Да, ясно. Это был глупый вопрос, извини, – пробормотал он и вскинул руки, как бы говоря: «Сдаюсь».

— Я могу доставить его сюда в течение часа, – заверила его Беатрис. – Но я не могу сказать, в каком состоянии он будет, когда окажется здесь…

Затем они переключили внимание на Коки. Его положение было так же опасно, как и положение малышки, но Мигеля не вполне устраивала мысль о том, чтобы просто дать ему пачку наличных и билет куда-нибудь. Этот парень многое пережил. Ему нужна какая-то поддержка.

— У тебя есть какая-то родня за пределами Пуэрто-Рико? – спросил он.

Коки кивнул.

— У меня есть дядя – кажется, он живет в Техасе. Его зовут Гильермо, Гильермо Торрес. Он брат моей матери.

Мигель нахмурился. Он хотел знать, почему, если у этого парнишки имелся дядя в Техасе, его не отправили туда после гибели матери.

Ответ Коки на этот вопрос был простым – он не знал, как разыскать этого Гильермо Торреса. И судя по всему, никто в службе опеки так и не озаботился это сделать. Мигелю хотелось рассердиться, но по опыту он знал, что порой такое случается. В управлении опеки был огромный некомплект кадров, поскольку денег им выделялось куда меньше, чем было нужно для того, чтобы помогать детям, которые нуждались в помощи.