Книга Familia. Две женщины, две правды, одна тайна, страница 15 – Лорен Э. Рико

И уже собираюсь открыть рот, чтобы скрепя сердце согласиться, но тут слышу голос Фрэн, настойчиво советующий мне потребовать, чтобы мне тоже дали место за редакционным столом.

— Понятно, – бормочу я, говоря сама с собой, хотя Макс, похоже, решил, что я соглашаюсь с ним.

Его британской заднице, привыкшей пить чай с пышками, лучше подумать еще раз.

— Да, все ясно, – соглашается он и, снова придав своему лицу приветливое выражение, возвращается на другую сторону стола. Садится, нацепляет очки и смотрит на экран своего компьютера. – Ты сможешь встретиться с Лисой в моем кабинете завтра, скажем… в два часа?

— М-м-м, что? – бормочу я, погруженная в свои мысли. – О… нет. Извини…

Он поднимает на меня взгляд.

— Ну хорошо… а какое время тебе подойдет? – Когда я не отвечаю, он снимает очки и делает еще одну попытку: – Гэбби, пожалуйста, не веди себя так…

— А по-моему, я веду себя совершенно разумно.

— А вдруг окажется, что она действительно твоя сестра? Что тогда? Это поставит тебя в очень затруднительное положение.

Я решительно мотаю головой:

— Нет, это совершенно невозможно.

Макс начинает терять хладнокровие, его голос становится немного громче, немного менее любезным.

— Все возможно, Гэбби. Ты смотришь на вещи только со своей собственной узкой точки зрения. Неужели тебе непонятно? Журналисты – опытные журналисты – смотрят на тему сразу с нескольких разных углов зрения и стараются выйти за рамки своих собственных личных склонностей и представлений. Вот почему ты еще не вполне готова… – Он решительно качает головой, как будто только что убедил себя в правильности своего решения. – Нет, извини. Об этом не может быть и речи.

Он не повелся на мой блеф, хотя это и не блеф вовсе. Но, с другой стороны, когда ты блефуешь, это не означает, что у тебя на руках нет хороших карт. А у меня на руках хорошие карты – на самом деле козырные, потому что у меня есть та единственная вещь, которая Максу и нужна, – а именно этот сюжет. Я – одна из фигур этого сюжета. И это стоит всего остального.

— Что ж, – начинаю я, говоря медленно и спокойно. – Тогда я беру отпуск – с этого самого момента.

Его зелено-карие глаза чуть ли не вылезают из орбит.

— Отпуск? Ты хочешь взять отпуск… теперь? – вопрошает он, будто не веря своим ушам.

— Да. Трех недель должно хватить, спасибо.

Пальцы Макса так крепко сжимают край стола, что костяшки белеют, – он пытается оценить, насколько тверда моя решимость. Мы снова вернулись к блефу – он думает, что теперь я играю с ним в «кто первым струсит».

— Гэбби, извини, но я не могу позволить тебе заняться этим самой. Если ты не хочешь, чтобы этим занимались Лиса или Рэнди, я найду кого-то другого. Черт побери, если хочешь, с тобой поеду я сам…

Ты просто хочешь равных условий игры, да?

— Спасибо за любезное предложение, Макс, но в этом нет необходимости. Я вполне могу справиться с этим делом без посторонней помощи, – говорю я, желая, чтобы так оно и было.

Нечасто бывает, чтобы лицо моего босса не выражало благожелательности и дружелюбия. Но ведь, с другой стороны, мне тоже нечасто случается говорить ему – притом без околичностей, – что он может засунуть свое предложение себе в…

— Гэбби…

Теперь произнесенное им слово, одно-единственное, звучит как предостережение, как угроза. Он использует против меня мое собственное имя, и это здорово выводит из себя. Я встаю, чтобы мы могли смотреть друг другу в глаза, когда я скажу ему это.