Книга Попаданка для проклятого герцога, или Я ваш семейный доктор!, страница 29 – Лана Морриган, Ольга Кабацкая

Апофеозом всего стала следующая просьба мыша:

— Карин, проверь мои зрачки!

— На что? – рыкнула я, отбрасывая тряпку в ведро с чёрной водой.

— На одинаковость, – подлетев ко мне, Миллилитр пристроился на моём плече, заглядывая в лицо: – Кажется, у меня инсульт. Посмотри, одинаковые? А улыбка? Ровная?

Кажется, у меня начал дёргаться глаз, пока я с осуждением смотрела в чёрные глазки-бусинки и оскал летучего мышонка, демонстрирующего мне ровные острые зубки.

— Почему ты молчишь? – поинтересовался Миллилитр, ощупывая лапками свою мордочку. – Всё плохо? Асимметрия? Я так и знал! Я умира-а-аю!

— От синдрома Мюнхгаузена ещё никто не умирал, – строго произнесла я, снимая его с плеча и ставя на пол.

— Хочешь сказать, что я симулянт?! – до глубины души оскорбился летучий крыс. – Что я изображаю у себя симптомы болезней, чтобы подвергнуться обследованию и лечению?!

— Видишь, ты и сам всё знаешь, – вздохнула я, с тоской смотря в сторону бьющего в окно солнечного света. Утро давно наступило, а я, всю ночь проработав, так и не смогла до конца отмыть комнатку.

— Эй! – окрикнул меня фамильяр, видя, что я направляюсь на выход. – Ты куда? Если за снегом, то ты ведро забыла!

— Спущусь на кухню, – устало ответила я ему. – Попрошу покушать, ну и, – с тоской осмотрев чулан, нехотя признала: – И что-нибудь, кроме воды и старых тряпок. Может, щётку какую. Жди, Миллилитр. Я скоро.

— Милкилинт, – привычно поправил меня фамильяр. – И мне принеси что-нибудь. Только без глютена. А то у меня непереносимость…

— Мюнхгаузен у тебя, – не дала я ему продолжить, шустро выскакивая в коридор, не желая тратить время на бессмысленный спор.

За ночь наслушалась.

Спустившись по лестнице на первый этаж, я старалась ступать как можно тише, прислушиваясь к обстановке в доме. Или в замке, что будет точнее. Солнце давно встало, здесь должна кипеть жизнь, но… было подозрительно тихо. Если не считать завывание ветра, скрипы и какое-то странное металлическое лязганье. Ко всем этим звукам я уже привыкла, считая их не более чем фоном. Если бы и с остальным было так же легко смириться…

Даже рада сейчас была, что здесь нигде не было зеркал. Представляю, какой у меня сейчас вид. Такой же, как у местных. Грязный, помятый и без надежды на светлое будущее.

— Доброе утро, – нерешительно поздоровалась я с Анной, когда зашла в кухню. – Как… ваша рука?

Женщина ловко подкидывала дрова в очаг, распаляя и так не маленький кострище.

— Пришлая, – кивнула мне женщина, не особо отвлекаясь на меня от своего занятия. – Господин Дерби рассказывал, что хозяин ночью привёз тебя обратно.

— Господин Дерби? – переспросила я, запоминая новое имя.

— Управляющий наш, – вытерев тыльной стороной ладони проступившие на лбу капли пота, Анна повернулась ко мне. – Второй после хозяина. Ты чего хотела?

— Душ, зубную щётку и маску для волос, – прошептала я, перед тем как громко произнесла: – Герцог выделил мне комнату на втором этаже. Замечательную, просторную, но… несколько запущенную. Я бы хотела попросить у вас какие-то средства для мытья. Чистые тряпки, возможно, щётки. Жидкость для удаления пятен, – добавила без особой надежды, не видя в глазах собеседницы понимания. – А также чистое постельное и… поесть.

С минуту Анна молчала, переваривая услышанное.