Книга За поворотом судьбы, страница 50 – Галина Осень

Валентина усмехнулась про себя на её колебания и молча последовала за служанкой. А та закрыла дверь и начала подниматься наверх. Лестница не опоясывала башню по внутренней стене, как вначале подумала Валентина. Она крутой спиралью поднималась из середины башни. На каждом этаже была площадка и узкое окно.

Они поднялись до середины. На этой площадке было только две двери напротив друг друга. Мерта прислушалась к чему-то и решительно толкнула ближнюю к ним. Они вошли в покои. Именно покои, а не тюремную камеру, как подумала было Валентина. В небольшой гостиной никого не было. Мерта сноровисто собрала посуду, оставшуюся от завтрака (кстати, почти нетронутого, заметила Валя), вытерла стол и расставила на нём обед. Бросила взгляд на дверь, ведущую во вторую комнату и громко крикнула:

— Госпожа, обед!

Дверь комнаты открылась, и Валя увидела невысокую, очень худенькую женщину, которая тихо вошла в гостиную и, не глядя на них, подошла к столу. Валя во все глаза смотрела на женщину.

Когда-то она была красива. Но сейчас: волосы, тронутые сединой, небрежно заплетённые в косу, были тусклы. Большие серые глаза не выражали никаких эмоций, скорбная складка залегла у рта и придавала лицу печальное выражение. Когда она подняла руку, Валя увидела массивные антимагические браслеты.

Женщина выглядела измученной и сломленной. И она была Валиной копией. То есть, наоборот, Валя была её копией. Валя невольно охнула. Женщина подняла голову и посмотрела на неё. Равнодушно отвела взгляд и села к столу. Не в силах оставаться спокойной и не имея возможности справиться с собой, Валя выбежала из комнаты.

Валя остановилась на площадке лестницы и оперлась на перила. Дыхание перехватывало и её продолжало колотить от увиденного ужаса. «Чёрт знает, что! Нельзя так обходиться с человеком?!» Нет, совсем не так она представляла встречу с матерью девочки. В её понимании и в кратком видении из памяти, герцогиня была сильной решительной женщиной, а не растоптанным цветком, который даже не узнал свою дочь. «Что же делать?» – растерянно думала Валентина.

В это время дверь открылась и на площадку вышла Мерта, протискивая вперёд корзину с посудой.

— Испугались, госпожа? Это всегда так, – успокоила она. – Я вот тоже в первый раз испугалась, хоть и тихая она.

— А за что она тут сидит? – спросила Валя, стараясь не показывать своего отношения и понимая, что Мерта их сходства не заметила.

— Да я толком и не знаю. Она в крепости уж лет десять. Я тут и не работала ещё. Экономка наша знает всё, только вряд ли расскажет. А вот лет пять назад она стала такой. Это я помню. Прорыв тогда сильный был, и все маги на стенах сражались. Про неё забыли. Она в то время в обычных покоях жила. Увидели, когда она уже целую толпу нечисти выкосила. Как раз это ворклы были. (Ворклы – не упокоенные души наёмников и воинов. Их особенно много в местах старых сражений). А с ними ещё плакальщики. Сами знаете, если зов плакальщика заденет, то человек сам к ним уходит. Её призывом задело. Говорят, она дитё потеряла как-то, большенькая уже девочка была лет пяти, вот на всякий плач и откликается. Герцог тогда еле смог её силой удержать, да только она как будто умом тронулась: всё рвалась и рвалась. Крушить начала и кидаться на людей. Всё кричала, что дочка её погибает. Вот он ей браслеты и надел. В башню определили. С того времени тут и сидит. Плакальщики они сильно на магов влияют. Бывает совсем с ума сходят: ведь они каждому его вину или беду показывают-напоминают.