Книга Уна, страница 82 – Тамара Михеева

Был среди них один, который особенно нравился мне. Все комнаты в нем были одинаково пусты. Стены, выкрашенные светлой краской, узкие окна. Я пряталась в этих комнатах, когда очень сильно уставала, пряла там или листала книгу.

Но я не сказала всего этого Рэлле. Есть мысли, которые должны оставаться только твоими.

Прошла неделя, императору не становилось лучше, а лекарь-колдун все не приезжал. Ралус отправил за ним отряд стражников и велел привезти силой.

Во дворец стали прибывать люди. Первым приехал Лура. Увидев меня, он воскликнул, будто наконец смог отгадать сложную загадку:

— Так вот что скрывал от меня Ралус! Вот кто ты есть – дочь Семи островов и великой Империи! Невероятное сочетание!

Я улыбнулась в ответ.

И увидела Тинбо.

Он смотрел на меня так, будто не было рядом ни Луры, ни стражников, будто мы стояли одни на самой высокой в мире горе.

— Рад, что с тобой все хорошо, – сказал он. – А я сопровождал Луру. На высоте у него кружится голова, – и он улыбнулся. «Их тоже принес Джангли», – поняла я, кивнула Тинбо, и почему-то мне опять захотелось его поцеловать.

— Ты останешься?

— Нет, – покачал Тинбо головой. – Очень много дел там… ну, ты понимаешь. Скоро зима. Мне нужно купить кое-что в столице, и мы сразу назад. Но, может, я еще приду до холодов. Нам надо хорошенько к ним подготовиться.

— А потом?

— Снег завалит перевалы, даже Джангли будет не пройти.

Тинбо посмотрел мимо меня. Я оглянулась: к нам приближались Рэлла с Висой. Лицо у Рэллы было взволнованное.

— Мне пора. – Он сжал мою руку, резко развернулся и пошел прочь.

Я смотрела ему вслед, пока Рэлла не подошла и не спросила:

— Кто это?

— Он пришел с Лурой. Просто сопровождал его.

— О чем же вы говорили?

— О снеге.

Чуть позже я подкараулила Луру около его комнаты и спросила:

— А вы знаете про все-все народы Империи?

— Ну… можно и так сказать.

— Правда, что хэл-марские женщины кладут новорожденным на живот кусочек белого мха?

— Да, я слышал о таком и дважды находил подтверждение, – важно кивнул Лура.

— А зачем они это делают?

— Сложно сказать. Может быть, отгоняют злых духов, но, скорее всего, белый мох обладает каким-нибудь свойством, помогающим при коликах.

— И они хоронят своих женщин, положив их в ящики на деревьях?

— Э-э-э… да, действительно, хэл-мары поднимают гробы на верхние ветки деревьев, возможно, для того, чтобы тело не досталось хищникам, хотя сами они верят, что так их женщины быстрее попадут в Великий лесной чертог, что прячется над макушками деревьев. Откуда ты знаешь про гробы на деревьях? Почему ты спрашиваешь?

«Ищу свою вторую бабушку», – хотела сказать я, но передумала. Запомнила новое слово: гробы.

— Хэл-марские женщины очень не похожи на других, – не дождавшись моего ответа, сказал Лура. – Они сами выбирают себе мужей, они горды и независимы.

— Рэлла говорит, они колдуньи.

— Да. Ходят о них такие легенды. Но думаю, что не могут все быть колдуньями. Просто они слишком другие, понимаешь? Непохожие на нас.

Я кивнула. Инаковость у меня в крови, ничего тут не поделаешь. Я для всех «другая».

— Ты чего-то недоговариваешь, маленькая хозяйка Семи островов, – сказал Лура ласково, и я вздрогнула от этого обращения. – Зачем тебе знать о хэл-марах? Впрочем, ладно, пусть, храни свои тайны, пряха. Но если хочешь найти хэл-маров, тебе надо в Рилу. Все они живут теперь в этом городе, все, кто выжил. Правда, – он помрачнел, – ничего хэл-марского в них не осталось… Империя вытравила из них связь с их землей, а без этой связи… – он махнул рукой. Но тут же улыбнулся и хитро прищурился. – Зато один синеглазый хофолар всю дорогу расспрашивал меня о тебе.