Книга Ходячие Мертвецы, страница 2 – Татьяна Чичерина

Девочки… Шона по ним скучала: Лайла, Софи, Герда и Дейли. Особенно не хватало Лайлы — Шона с ней была особенно близка. Все пятеро попали в женский монастырь в разное время, но в детском возрасте. Шона и вовсе была младенцем; что с её родителями и кто они такие, она не знала. Затем, в шесть лет, появилась первая подруга — Лайла. Девочки были магически одарены, обучались и скрывались в монастыре до тех пор, пока торговец святого хлеба из монастыря не приехал за выпечкой в очередное утро. Он случайно увидел, как Софи чистит магией дорожки в саду.

По давно заготовленному плану девочки собрались в путь — туда, где в горах живут маги. Они разделились: так было больше шансов у каждой. Два дня пути спустя издалека было видно, как горит монастырь, а ещё через пару дней Шона встретила умирающего Алана.

То утро особо выдалось морозным. Солнце светило ярко и, отражаясь на снегу, слепило в глаза. Но что-то привлекло её внимание у крон плакучей ивы. Пересиливая страх и осторожность, ругая себя за любопытство, девушка подошла ближе и обнаружила кровавые следы битвы и умирающую рысь. Это были последние вздохи: глаза дикого зверя посмотрели на Шону, словно прощаясь, и уже стали закрываться. Девушка коснулась его в последний момент, удерживая душу и даря ей свою магию. Пальцы зарылись в тёплую шубку, алое свечение растеклось по телу кота, и тут она поняла, что происходит. «Соединяя одну из пяти магий жизни с открытой душой, вы навеки привязываете её к себе», — говорилось в древнем фолианте.

Как только Алан поместился в кулон, стало ясно, что она его спасла, но одновременно и привязала к себе навсегда. Теперь он был её фамильяром — и не сразу благодарным за спасение. Кот оказался с весьма сложным характером.

Пурпурный закат заливал всё красками — пора делать привал. Шона разожгла костёр, выпустила Алана и ждала, когда заварятся в котелке ароматные травы. Рысь не торопился гулять по ночному лесу: сел рядом с девушкой и грел её пушистым боком.

— Сегодня не гуляется?

— Печаль накрыла.

— Оу… И по какому поводу печаль?

— Тоскую по жизни.

— Алан, ты живой, а не мёртвый.

— Знаю, но я теперь не рысь.

— Как это?

— Меня почти не привлекает то, что привлекало раньше.

— Например?

— Больше не хочется гоняться за зайцами или играть с полевыми мышами, понимаешь?

— Это не те проблемы, которые должны тебя волновать.

— Я с тобой говорю, разве это нормально?

— Для магической рыси — да. Не оглядывайся никогда в прошлое. Смотри в будущее и на возможности, которые дала тебе магия.

— Кстати, о будущем. А вдруг того места в горах не существует, и это всё байки лешего?

— Существует.

— Ну а если нет? — Кошачьи глаза так посмотрели, словно заглядывали в душу Шоны.

— Алан, если нет… Мы что-нибудь придумаем. Спрячемся где-нибудь или уйдём в лес к ведьмам.

— Нам их найти труднее, чем твой выдуманный город. Ладно, пойду прогуляюсь.

Рысь скрылся в зимней лесной чаще… «А что, если он прав?» — подумала Шона, наливая в чашку сладкий отвар и убирая котелок в магическую сумку. Девушка поднесла ладонь над костром, добавляя язычков пламени. Магия огня завораживает. Над головой каркнула ворона. Шона не заметила, как стемнело: её мысли занимал вопрос рыси. «А что, если это просто легенда? Город, которого нет… Что же делать?» В любом случае нужно добраться и проверить. И если это так, если спасения в горах не существует, она направится на север, где населения меньше, сколотит себе избушку и будет как-то выживать.