Книга Величие. Книга 1, страница 59 – Мария Тиамат

— Я понимаю, что сад предназначен для всех, но Рогеаль первая сюда пришла. Тебе всё-таки следовало подумать о том, насколько нам всем здесь будет удобно, согласись?

Геасфель старалась говорить спокойно, но глаза Шиа сузились и зло сверкнули.

— Ты не имеешь права мне указывать, – в негодовании прошипела она, сжимая кулаки, скользнула чужим, напряжённым взглядом по Аурелию и выскочила на улицу.

«С ума сойти…» – Аурелий не сразу понял, что Геасфель думает про себя.

«Да уж… – расстроенно ответил он. – Ужасно получилось».

«Нет, я про Шиа. Обычно она, наоборот, ко мне прислушивалась. Родители часто удивлялись, как легко я с ней справляюсь. Не понимаю…»

«Правда?»

Коснувшись его запястья, Геасфель показала Аурелию воспоминание о маленькой Шиа, в глазах которой читалось абсолютное благоговение перед старшей сестрой.

— Ну, когда же это было? – рассмеялся он вслух. – Она растёт. Думаю, Шиа больше не чувствует себя той сестричкой, которая нуждается в защите. Ей гораздо важнее, чтобы её воспринимали, как взрослую. Тем более когда рядом посторонние, вроде меня.

— Да? – удивилась Геасфель. – Ах, верно… К тому же ты явно ей нравишься. Едва ли ей хочется выглядеть перед тобой ребёнком. Эх, вот я растяпа! Сделала ещё хуже, – мысленно простонала она. – Пойду просить прощения.

— Может, подождать, пока придёт в себя? – предложил Аурелий, увидев, как Геасфель направилась в сторону калитки.

— Нет, ты просто не знаешь, как она может злиться. Иногда целыми днями не разговаривает, и потом только труднее найти контакт. Лучше сразу. Попробую её разыскать.

Тяжело вздохнув и чувствуя себя тоже причастным к драме, Аурелий побрёл с ракетками в дом. На столе перед входом высыхала неоконченная поделка. Жаль, что работа пропадёт впустую. Аурелий сел за стол, гладя пальцами контуры фигуры, напоминающей неуклюжего коня. Попытался представить его глазами Геасфель. Осколок её сознания маячил где-то на горизонте, и Аурелий погрузился в его мелодию, впитывая образы и чувства. Он стремился разгадать смысл задумки, сокращая разделившую их с Геасфель пропасть минувших лет.

— Извините?..

Аурелий вздрогнул и оторвался от поделки: получилось нечто странное и забавное, вроде лошади на человеческих ногах. И её рассматривала стоящая в дверях Рогеаль. Вид у неё был очень расстроенный, но с ещё большим напряжением она смотрела на то, что он сделал.

— Зачем вы трогаете вещи сестры? – Голос её был сиплым, как будто она только что плакала.

— Глина всё равно засохла бы… вот я и решил приготовить сюрприз: может, Геасфель он понравится.

Аурелий неловко засмеялся, пытаясь скрыть смущение. Но Рогеаль была слишком подавленной, чтобы обращать внимание на мелочи. Она посмотрела на результаты его трудов ещё немного и кивнула.

— Ладно.

— Что ж, я, пожалуй, пойду. – Аурелий поднялся, передвигая табуретку. – Извини ещё раз…

— Попробую подправить магией, может, обойдётся… – устало махнула рукой Рогеаль. – Приходите на ярмарку.

Чувства. Когда они становятся привычкой? Когда начинают восприниматься как неотъемлемая часть нашей души? Хоть Аурелий и расценивал знакомство с Шиа как мимолётный эпизод, от которого впоследствии останутся не более чем приятные воспоминания, он так или иначе часто размышлял о ней. Иногда даже просыпался, ловя себя на этих мыслях. Ему хотелось знать, смотрит ли она тоже сейчас в потолок, сонно потягиваясь. Чем собирается заняться. Беззаботная, ни в чём не знающая отказа, Шиа воплощала в себе ту жизнь, которая никогда не была ему доступна, и, не умея завидовать, он лишь желал находиться рядом. Эльфийка могла быть своевольной и мечтательной. Резкой и немного злой. Всегда на пике своих эмоций, совершенно их не стесняясь.