Книга Величие. Книга 1, страница 48 – Мария Тиамат

— Ах, точно, я забыл принести Геасфель гранат! Я быстро, ладно? – И на глазах растерявшейся эльфийки бодро схватил табуретку.

Вернувшись, Аурелий застал Шиа снова мрачной, с настороженным прищуром ожидающей его появления.

— Откуда ты знал, что они там лежат? – резко спросила она.

— Так я же задержался, прежде чем за тобой на кухню прийти. Геасфель мне всё объяснила… Извини, если тебе неприятно, что я сную по вашему дому, как хозяин. Буду в следующий раз просить тебя. – Он лучезарно улыбнулся, пытаясь сохранить остатки непринуждённости.

«Ангелы, она такая настырная, – простонала в его мыслях Геасфель. – Именно за это я её всегда и любила, но сейчас это создаёт настоящую проблему. Гляди в оба, не разговаривай с Шиа на личные темы, иначе она быстро поймает тебя».

Объяснение звучало правдоподобно, и Шиа не оставалось ничего, кроме как принять его. И всё же ощущение чего-то неестественного не переставало беспокоить эльфийку. Неестественным было самое первое движение Аурелия – так ведёт себя не гость, а тот, кто прекрасно знает дом.

— Ужас, каким тоном ты разговариваешь с гостями. Видела бы тебя мама!

На пороге кухни, сложив руки на груди, стояла средняя сестра. Её кожа, как и у Геасфель с Шиа, отливала медью, но вьющиеся локоны были густого тёмного оттенка, как эбеновое дерево. Оделась она в подпоясанную просторную рубаху со следами краски и укороченные холщовые штаны. Несмотря на строгий тон, лицо её оставалось невозмутимо.

— Видела бы мама, что он сотворил с сестрёнкой! – раздражённо выпалила Шиа.

— Шиа, умоляю тебя! Что мне сделать, чтобы ты вычеркнула меня из списка негодяев? – Отчаянию в возгласе Аурелия не было границ, и на этот раз младшая эльфийка всё же покраснела.

Рогеаль философски приподняла бровь.

— Как любопытно… Я что-то пропустила?

* * *

Средняя сестра оказалась неразговорчивой: она уселась в угол стола, где стоял её мольберт, и скрылась за картиной, лишь изредка выныривая, чтобы взять что-нибудь с тарелки. Геасфель слегка лихорадило после потери крови, и она полулежала в единственном кресле, прикрыв глаза. В этих обстоятельствах полноценным собеседником Аурелия вновь оказалась Шиа. Старшая и младшая сёстры были очень похожи: светлые волосы, ярко-зелёные глаза – однако мимика их столь различалась, что в следующий момент в родство становилось трудно верить. Геасфель была миролюбивой, Шиа – напористой; Геасфель соблюдала тактичность, Шиа же не испытывала никакого стеснения.

Жалобная мольба Аурелия возымела действие: перестав кидаться обвинениями, младшая сестра решила устроить полноценный допрос, и её испытующий взгляд не давал императору спуску ни на секунду. Впрочем, Аурелий тоже перестал бояться, находя наивную настойчивость собеседницы скорее забавной, чем утомляющей. Незаметно оба втянулись, и разговор перетёк на отвлечённые темы, где каждый стремился оставить за собой последнее слово.

— А это правда, что зимой у вас выпадают целые горы снега и ничего не растёт?

— Правда.

— Ужасно! Я бы умерла со скуки.

— Это очень красиво. Ты просто никогда не видела: днём снег искрится на солнце, а вечером на него ложатся синие и розовые тени. Бесконечные белые дали. Наши художники очень любят это время года.

Аурелий улыбнулся в сторону прислушивающейся Рогеаль. Судя по всему, средняя сестра была всего-навсего стеснительной, и у него невольно возникало желание тоже уделить ей законную долю внимания.