Книга Фиалка для мажора, страница 8 – Карина Мин

Первые два платья сели неплохо, но когда я вышла в зал в третьем (пудрово-розовом, с открытыми плечами), Олег, сидевший в глубоком кожаном кресле с чашкой эспрессо, недовольно поморщился.

— Нет. Слишком девичье. Бабушка решит, что я украл тебя со школьного выпускного. Примерь синее.

Я сердито фыркнула и ушла переодеваться. Ткань темно-синего бархата, который выбрал сам Романов, оказалась прохладной и тяжелой. Платье село на меня как влитое: закрытая линия шеи, длинные рукава, но его длина и то, как оно подчеркивало мою талию и изгиб бедер, заставило меня смущенно замереть перед зеркалом.

Когда я раздвинула штору и вышла из примерочной, Олег как раз подносил чашку к губам.

Его взгляд медленно скользнул до середины бёдер, где заканчивалось платье. Кажется, Романов даже забыл сделать глоток.

В его глазах, обычно полных насмешки, на секунду вспыхнуло что-то такое жгучее и темное, от чего у меня перехватило дыхание, а к щекам снова предательски прилил жар.

Пришлось судорожно вспомнить про душное июньское солнце, чтобы не выдать себя. Да-да, солнце в помещении с кондеем, ты гений самообмана, Юлька.

— Ну как? — нарушила я тишину, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Не перебор?

Олег медленно поставил чашку на столик, поднялся на ноги и подошел ближе. Настолько близко, что я снова почувствовала его парфюм.

— Нет, Юля, — тихо, чуть хрипло произнес он, глядя мне прямо в глаза. — В самый раз. Закрыто, строго и со вкусом. Берем его.

Он повернулся к консультантке, которая наблюдала за нами с легкой улыбкой.

— Теперь обувь. К этому платью нужны лодочки. Черные, на тонкой шпильке. И клатч.

Через пять минут передо мной стояла коробка с туфлями, от одного вида которых у меня закружилась голова. Острый нос, лаковая кожа и шпилька такой высоты, что на ней можно было стоять только со страховкой, не иначе.

— Романов, я в них упаду прямо на ковер к твоей интеллигентной бабушке, — прошептала я, осторожно надевая туфли.

— Не упадешь.

Олег опустился на одно колено прямо передо мной, перехватил мою щиколотку и аккуратно поправил ремешок туфли. Его пальцы были теплыми, и в месте прикосновения кожа будто загорелась.

Как и мои щёки. О Господи, что Романов творит своими касаниями? Это незаконно.

На секунду он замер, сжав пальцы на моей ноге чуть крепче, чем требовалось, а затем поднял глаза.

— У тебя идеальная осанка, Фиалка.

Он поднялся и протянул мне идеальный лаконичный клатч, который завершал образ.

— Всё, покупаю, — бросил Олег женщине, доставая из кармана черную банковскую карту. — И старые вещи сложите в отдельный пакет, пожалуйста. Отсюда она выйдет в новом.

Я посмотрела на терминал, где высветилась сумма, равная примерно моей зарплате за полгода, и с трудом подавила желание икнуть. Олег молча приложил карту. Пискнул безналичный расчет, окончательно отрезая мне путь назад.

— Отлично, — Романов повернулся ко мне, и на его лицо вернулась привычная мажорская улыбка. — Первый этап пройден. Теперь в салон, Юленька.

В салоне красоты, куда Олег привез меня следом, со мной обошлись как с вип-персоной. Пока две девушки колдовали над моими волосами, укладывая их в элегантные, крупные голливудские волны, третья наносила макияж. Никакого боевого раскраса — только идеальный тон, едва заметная дымка вокруг глаз и помада сложного, глубокого оттенка, которая сделала мои губы ярче, но осталась в рамках приличия.