Онлайн книга «Плохая»
|
В дверном проеме я увидела тонкий женский силуэт. Дверь позади фигуры снова закрылась, опять погрузив пространство в пустоту тьмы, но я слышала приближающиеся шаги по лестнице. Отчаянно подалась вперед, борясь с желанием выплюнуть бьющееся в районе глотки от волнения собственное сердце. — Алёна, — услышала я знакомый голос на русском и тут же признала в вошедшей Иру. На ее тело была накинута мужская рубашка. Скорее всего, под ней ничего не было, — ты как? В голосе девушки прозвучало то ли сочувствие, то ли участие… — Как видишь… Перевоспитываюсь, — нашла в себе последние силы и усмехнулась я тихо и печально. Ее тонкие пальцы сжались на решетке. — Я слышала, что ты здесь. После того, как тебя унес Тигр, такое началось… Удав впал в ярость. Другие еле остановили его, чтобы он не пошел за вами. А потом… Спустя полчаса вернулся сам Даниэль. Жутко злой, насупленный. Сказал Эли, что ты в карцере и чтобы он не смел приближаться к тебе даже на расстояние пушечного выстрела. Сказал, что забирает ключ от твоей клетки с собой и что за это время тебя даже водой напоить никому нельзя. Они так кричали друг на друга. Я, конечно, половину не поняла, ты сама знаешь, какой у меня арабский, но суть общую уловила- Эли напирал, что ты его заложница и он вправе теперь распоряжаться тобой, как посчитает нужным. Назывался какой-то Али, которому ты типа не нужна. Тигр был непреклонен и даже угрожал Удаву оружием… Короче, Алёнка, ну и кашу ты заварила… — Что ты здесь делаешь? — спросила я, все никак не понимая мотивации Иры. Она из всех девиц была самой мрачной и закрытой. Не сказать, чтобы демонстрировала ко мне особую симпатию и привязанность. Да и какая привязанность. Здесь каждый был сам за себя. Мы это прекрасно понимали. Сегодняшний вечер с «танцами» это прекрасно показал. Каждая из нас смотрела друг на друга как на соперницу… Словно бы противореча моим словам, Ира раскрыла ладонь и протянула мне краюшку хлеба. Никогда не чувствовала такого дикого голода. Увидела кусок свежего батона, очевидно, всего пару часов назад лежавшего на столе «господ», и слюни потекли, как из-под крана. Вот и горло увлажнилось… С жадностью схватила его и решила было поднести ко рту, но она резко меня осекла. — Стой! Это не тебе… — произнесла тихо, — здесь крысы… Одна из палестинок рассказывала. Ее сажали сюда на пару дней для перевоспитания. Это для них. Положи рядом с собой- они тогда тебя не тронут, дадут поспать… Я молча кивнула. В словах Иры был резон… И все равно, мне была не ясна причина ее прихода. К чему такая доброта? — Почему ты в рубашке? Что было после того, как мы…ушли? Она тут же отвела глаза, а мое сердце болезненно сжалось. Я заранее знала ответ, предугадывала. Она словно пропиталась унижением, хоть и пыталась усиленно его спрятать. — Они хотели… оргии… Пар ту (франц. — все со всеми), как они здесь любят говорить, но… Удав после того, как разругался с Тигром, в последний момент почему-то передумал, и забрал меня с собой, в комнату, одну… Это его рубашка. В итоге мне пришлось спать только с ним. Не такой плохой вариант в сложившейся ситуации, — она печально-извиняюще улыбнулась, а мне захотелось со всей силы ударить по стене, так, чтобы до боли в руках, чтобы это чувство хоть немного притупило все те эмоции, которые я сейчас испытывала, стоя в окружении крыс и тараканов с краюшкой хлеба в руках… |