Онлайн книга «Грех Кабила»
|
Она решительно встала и закрыла дверь в комнату, повернув замок. Очевидно, от Эдме. Подошла к столу, на котором красовался чайник с недавно заваренной мятой. Разрезала лимон и щедро сдобрила все еще теплое содержимое его соком. — Лучший дезинфектор- природный,– пояснила мужчине и улыбнулась. Когда ватный компресс коснулся раны, Агилас немного вздрогнул. — Не будьте такой неженкой, это ведь всего лишь царапина,– позволила себе смелую иронию. Агилас тоже улыбнулся, внимательно следя за ее манипуляциями. Его глаза все чернели и чернели. Эли ловко промыла рану. Посыпала ее стоявшим на подносе порошком- антибиотиком, с дельным видом заранее изучив его название и состав на упаковке. Ее манипуляции с бинтами были тоже довольно умелыми. Он и сам не понял, как девушка так быстро и проворно смогла закрыть рану, совершенно не стеснив мобильность его движений. Когда Эли крепила специальный зажим- скобу, чтобы конструкция не распалась, в дверь постучались. Вздрогнула. Вернулась в реальность. — Это Эдме. Мне, наверное, пора,– произнесла она тихо, тут же отведя глаза от двух черных омутов, жгущих ее. Начала было вставать, но Агилас схватил за руку. — Зачем ты пришла, Элисса?– его хриплый голос заставлял внутри все сжиматься и трепетать. Снаружи все стучали, сердце ее тоже стучало. — Я…– прошептала она, приоткрывая губы от порывистого дыхания. — Зачем пришла в мою спальню и закрыла дверь, Элисса?– его следующий вопрос обескураживал еще больше. Снова этот спокойный тон. Снова этот фатальный взгляд. -Разве тебя не учили, что маленьким девочкам нельзя приходить в спальни к взрослым дядям? Помнишь сказку про Красную Шапочку и Серого Волка? Его рука сместилась по ее плечам на шею. Он теперь фиксировал ее голову. Не давал отвести глаза. Не давал отстраниться. — Я не маленькая девочка и не Красная Шапочка, Агилас,– произнесла его имя- и они оба дернулись. Впервые она говорила его так, по-женски… – ты знал, что я приду, ведь я права? Поэтому и дверь осталась приоткрытой… Ты знал, что я приду, еще в тот момент, когда я зашла в вашу квартиру в Париже… Когда ты сношал Залию, а смотрел на меня. Моя душа узнала тебя… Агилас прорычал, притягивая ее к себе. Столько энергии было в этом рыке, мужской, подавляемой. Той, что снесла бы голову любой, кто попал в поле ее действия. — Я боролся с собой. Я сделал все, чтобы ты возненавидела меня. Избегал тебя. Держался подальше… Разум говорил мне, как это неправильно. И сейчас говорит, Эли. Я отпускаю тебя. Я спас тебя не для того, чтобы заиметь. Я спас, чтобы ты жила. Свободная. Надо открыть дверь, Эли. Утром ты уедешь в Марокко, как планировала. И оттуда посмотришь на свою жизнь со стороны, трезво и взвешенно… Ты имеешь право на выбор, девочка. Я же вижу, как ты страдаешь в браке с Тариком… Его лоб вжимался в ее лоб. Они оба нервно дышали, перехватывая дыхания друг друга. — Тарик здесь ни при чем. Мы оба знаем. Я не могу от тебя убежать, Агилас,– говорит и чувствует, как по щеке бежит слеза,– ты в моей голове, кабил. Все время… Все время думаю о тебе. Ненавижу за это и думаю… — Это пройдет, Эли… Ты так молода и красива. Тебе всего двадцать. Мне тридцать девять. Между нами пропасть почти в двадцать лет. Я гожусь тебе в отцы… Мы… Все в этом мире против нас… Миллионы мужчин жизнь отдадут за то, чтобы ты стала их… |