Книга Что осталось от меня — твое, страница 6 – Стефани Скотт

— Я не должна быть здесь… — начала она, но, не договорив, вскрикнула: Каитаро одним сильным движением подхватил ее, поднял в воздух и перекинул через плечо.

— О боже! — взвизгнула Рина, отчаянно молотя его кулаком по спине. Она ахнула, когда мороженое выскользнуло из другой руки и плюхнулось на песок.

— Здесь слишком людно, — заметил он, — совершенно невозможно поговорить.

— Ты ведешь себя как маленький!

Каитаро усмехнулся, прижимаясь щекой к ее бедру, а затем расхохотался:

— Ты будишь во мне худшие наклонности!

— Прекрати! На нас смотрят!

— Плевать! Пускай смотрят.

Это правда, подумала Рина, ему действительно наплевать, что скажут люди.

Они подошли к его машине. Каитаро опустил Рину на землю. Она чувствовала, как краска заливает лицо. Люди на набережной все еще оглядывались на них. Каитаро приложил ладони к ее щекам.

— Рина, — медленно произнес он, — сегодня ты со мной. Постарайся сосредоточиться на этом.

Она сделала глубокий вдох и подняла на него глаза:

— У меня не очень много времени.

Рина рассеянно смотрела на пейзаж за окном автомобиля, когда по узкой дороге, петлявшей между соснами, они поднимались в холмы над городом.

Лежащее вдали море отливало пронзительной синевой, резко контрастировавшей с сероватой водой залива возле городского пляжа. Рина заметила высокие кипарисы и кедры, густо растущие по склонам и подбирающиеся к окраинам Атами. Казалось, деревья предупреждали людей: «Однажды мы отвоюем свою землю».

Они добрались до парковки, откуда начиналась пешеходная каменная тропинка, уводящая выше в холмы. Рина подвязала волосы шарфом, чтобы ветер не трепал их, и двинулась вслед за Каитаро. Тропинка вывела их в сад, где росли напумикановые деревья^[10]. Тяжело оттягивая ветви, летние апельсины низко висели над землей, надежно укрытые в своих гнездах из темно-зеленых листьев. Каитаро нашел удобное место в глубине сада и расстелил плащ, который прихватил из машины, — модный бежевый плащ в стиле нью-йоркских детективов. Рина улыбнулась: ей нравилось поддразнивать Каитаро этим плащом. Однако, когда несколько минут спустя прохладный ветерок лизнул ей шею и спину, молодую женщину охватило беспокойство. Она связала себя обязательством, согласившись пойти с ним сюда. Ему нужно что-то большее от нее, гораздо большее, чем просто она сама, но что именно — Рина не могла понять. Когда Каитаро отвернулся и полез в сумку, Рина осторожно отодвинулась на самый краешек плаща.

Каитаро посмотрел на нее. Он, должно быть, заметил тревогу на лице Рины, но только улыбнулся и, еще глубже засунув руку в сумку, принялся шарить на дне. Рина с досадой сжала кулаки, так крепко, что ногти впились в ладони.

— Я прихватил тут кое-что для тебя, — сказал Каитаро.

Рина подалась вперед, вглядываясь в предмет, который он извлек из сумки: Canon EOS 3500. Любопытство вытеснило беспокойство. Она видела такие фотоаппараты в Акихабаре^[11], сама не раз разглядывала в каталогах, но ни разу не держала в руках.

— Ну же, — подбодрил ее Каитаро, — бери. Я подумал, пока мы здесь, ты сможешь немного поработать.

Поработать?

— Да. Тебе не кажется, что время пришло?

Рина отвернулась. Он настойчиво возвращался к этому разговору» о том, что ей стоит попытаться вновь начать карьеру фотографа, о которой она когда-то мечтала. Но Рина боялась: если ты слишком долго пренебрегал своим даром, есть риск, что он просто умер.