Книга Что осталось от меня — твое, страница 52 – Стефани Скотт

Каитаро расхохотался.

— Я умею разговаривать с людьми. И слушать их.

Она вновь улыбнулась.

— Итак, Рина…

— О, надо же, вы запомнили мое имя. — Ее улыбка сделалась шире.

Каитаро кивнул, по-прежнему не сводя с нее взгляда.

— Итак, вы спешите домой к дочери или у вас найдется время выпить со мной кофе?

Он заметил быстрый взгляд, который Рина бросила на него, вероятно удивленная, что он запомнил и такие подробности. Накамура ждал: молодая женщина посмотрела в дальний конец улицы, затем взглянула на часы у себя на запястье.

— Вам пора домой, — сказал Каитаро, отступая на шаг в сторону.

— Сумико осталась с дедушкой, — наконец произнесла она и, прищурив глаза, уставилась на него. — Вы намерены отвести меня в кафе или снова сбежите?

— Нет, сегодня не сбегу. — Он поправил папку, которую держал под мышкой.

— Это ваши работы? Вы фотограф? — кивнув на папку, спросила Рина.

— Нет… то есть я хочу сказать, здесь просто несколько фотографий. Хотел показать их сегодня вечером, — он махнул рукой в сторону студии, из которой они только что вышли, — но потом передумал.

— А мне покажете?

— Если вы позволите угостить вас кофе.

— Хорошо.

Стоя рядом с ней в свете уличных фонарей, Каитаро подумал, не предложить ли ей руку. Ему хотелось почувствовать ее близость, ощущать прикосновение ее одежды к его, тяжесть руки, которая ляжет на изгиб его локтя. Но еще не время. Он не мог торопить молодую женщину, а видя ожидание, появившееся на лице Рины, и не хотел этого делать. Напротив, Каитаро жестом предложил ей идти вперед, поскольку им приходилось обходить поблескивающие на земле лужи. Так, следуя друг за другом, они направились к огням в конце переулка.

НЕСПЯЩИЙ ГОРОД

Был поздний вечер. Каитаро различал среди привычного городского шума звон цикад, скрытых в листве деревьев. Он шагал по улицам в самом сердце квартала развлечений — Кабукитё^[49], «неспящий город». Кондиционеры, выдыхавшие наружу струи теплого воздуха, и сотни вертикальных неоновых вывесок, отражавшихся в зеркальных панелях небоскребов, наполняли сумерки гнетущим жаром. Минуя один за другим ярко освещенные двери ночных клубов, едва отличимых один от другого, Каитаро старательно отгонял от себя мысль о насмешке, которая сквозила в предложении Сато встретиться в районе Кабуки-те. Он вошел в одно из заведений и, лавируя между столиками, направился к поджидавшему его мужу Рины.

— Сколько еще тебе потребуется времени? — спросил Сато.

Он сидел в одиночестве, баюкая в ладонях банку с охлажденным «Асахи»^[50], и дымил сигаретой. Дым оставался висеть в воздухе тяжелыми пластами.

— Такие вещи не делаются второпях. — Накамура опустился на свободный стул.

— Возникли сложности?

— Нет.

— Интересно, что же все-таки произошло на рынке? — усмехнулся Сато. — Такеда ничего толком не рассказывает.

— Это был стратегический ход, — пояснил Каитаро. — Чтобы возбудить интерес объекта, — добавил он фразу, которую не раз слышал от самого Сато.

— Но в конечном итоге вы все же познакомились. И кем ты представился, какую сочинил историю?

— Никакой истории. Просто человек в городе.

— Ну, по крайней мере, ты заставил ее пойти с тобой, — Сато делает большой глоток пива из банки. — И на этом спасибо. — Он постучал пальцем по лежавшему перед ним счету из кафе, куда Накамура пригласил Рину. — Итак, чашка кофе. И что дальше — какой-нибудь идиотский чизкейк? — Сато расхохотался.