Книга Магия найденных вещей, страница 165 – Мэдди Доусон

Мы пытаемся его успокоить, но он безутешен и умолкает только тогда, когда Мэгги и Тенадж отдают ему свои мобильные телефоны.

Я слегка приоткрываю окно, чтобы впустить свежий воздух. Гровер перестает увлеченно облизывать телефон Мэгги и вышвыривает его из окна – ловким, неуловимым движением, которое наверняка обеспечило бы ему место младшего питчера-вундеркинда в команде «Нью-Йорк Янкис». Телефон падает на дорогу.

Все происходит так быстро, что мы с Мэгги теряем дар речи, но Тенадж стучит по плечу таксиста до тех пор, пока тот не соглашается остановиться.

— Дамочка, – говорит он, подъезжая к обочине. – Я не собираюсь выходить из машины и бежать на проезжую часть за вашим чертовым телефоном! Это вообще против правил!

Он еще не успевает окончательно остановиться, а Тенадж уже выскакивает из автомобиля практически на ходу. Я вижу, как она бежит по дороге, лавируя между машинами. Они все ей сигналят, водители кричат из окна что-то явно нецензурное, а она скачет газелью, улыбается и поднимает руку ладонью наружу, словно изображая папу римского.

Мэгги, белая как полотно, вертится на сиденье, пытаясь понять, что происходит.

— Она же убьется, убьется, – шепотом повторяет она.

— Она не убьется, – говорю я.

И действительно: Тенадж стремительно наклоняется и поднимает с земли телефон, который очень удачно упал на желтую разделительную полосу, и поэтому его не раскатали колесами. Она бегом возвращается в такси, садится на место, улыбается и отдает телефон Мэгги.

— Да, вот это забег! Мне понравилось!

Таксиста буквально трясет от ярости.

— Вы! – говорит он Тенадж, обернувшись к заднему сиденью. – Вы вообще соображаете, что делаете?! Так выбегать на дорогу! Или вы думали, что все машины ради вас должны остановиться?

— Да ну, ерунда. Со мной ничего не случилось. Успокойтесь, пожалуйста. – Тенадж прикасается к его плечу. – Со мной все в порядке. Не волнуйтесь.

Но таксист рвет и мечет.

— Выходите! – кричит он. – Мне тут не нужен дурдом! Вы все… выходите!

И мы все выходим: я сама, две мои мамы и маленький Гровер. Плюс еще пакет с платьем и сумка с подгузниками. Я в тихом ужасе. Морально готовлюсь к худшему. Но потом слышу, как Мэгги и Тенадж смеются. Смотрю на них и не верю своим глазам. Они обе хохочут, согнувшись пополам, и держатся друг за друга, как будто дружат всю жизнь.

И тогда я понимаю, что наш день превращается в нечто невообразимое.

— Знаете что? – говорит Тенадж часом позже, когда мы уже сдали Гровера няне и заглянули в магазинчик свадебных аксессуаров, где я купила розовую летнюю шляпку, которая смотрится гораздо лучше любой фаты. Дерзко, игриво и по-молодежному. – Надо сводить Мэгги на прогулку по Бруклинскому мосту, а потом можно будет поесть дим-сам в китайском квартале!

Вот видите. Полный дурдом. Сейчас февраль, бога ради. У нас с собой пакет с платьем и шляпка в коробке. Мэгги, непривычная к ритму большого города, наверняка устала. К тому же я не уверена, что Мэгги вообще знает, что такое дим-сам. И что ей понравится эта еда.

Но она говорит:

— Да, будет здорово.

Я уточняю:

— Что именно будет здорово? Потому что мы можем проехать по Бруклинскому мосту на такси и полюбоваться городскими пейзажами из окна. Если тебя интересуют именно городские пейзажи. – Я демонстративно перекладываю пакет с платьем из одной руки в другую. Просто чтобы показать, что кому-то из нас приходится нести покупки.