Книга Руководство для одиноких сердец, страница 100 – Мэдди Доусон

— Не страшно, — ответила я.

— Нина, ты сможешь меня хоть немножечко простить? Ну хоть чуточку? Я бы ничего такого никогда не сделала.

— Полагаю, твой образ жизни это исключает. Но ведь в этом же нет ничего плохого.

— Может, и есть.

— Что же?

Ее лицо вдруг исказилось.

— Просто… мне жаль тебе это говорить, но я была гораздо счастливее до того, как узнала про все это. — Она широко повела рукой и слишком тяжело опустила ее на стол. — Про свою мать. Про то, что я на самом деле Куколка. Теперь я иногда становлюсь Куколкой. А еще я узнала, что моей приемной матери предлагали удочерить и тебя тоже, а она отказалась. Это так… мучительно.

— О Линди, я не хотела ранить тебя.

Она вытирала глаза салфеткой.

Я коснулась ее руки.

— Прости, что тебе больно, но, может быть, это плата за то, что мы приобрели?

— А что именно? — Она, шатаясь, наклонилась вперед. — Мне очень хочется знать, что я приобрела.

— Ты стала лучше разбираться в себе, поняла, почему у тебя такой характер, в чем причина твоих страхов, почему ты боишься быть отвергнутой… и главное — мы нашли друг друга. Может быть, стоит из-за этого пострадать.

Тут Линди буквально позеленела.

— Кажется… ой-ой-ой, меня сейчас стошнит! — прошептала она и вскочила из-за стола, прикрывая рукой рот. Я тоже мигом выбралась из полукабинета, и мы вместе побежали в туалет. Пока сестру рвало, я придерживала ее волосы. Она все время порывалась оттолкнуть меня, но я твердо стояла рядом, приговаривая:

— Ничего-ничего. Не смертельно. Потерпи.

Когда все закончилось, она вытерла рот, привалилась к стене и сказала:

— Мне очень стыдно.

— Не стоит, — ответила я, смывая воду в унитазе. — Я рада помочь. Мы ведь сестры. Я захватила с собой зубную пасту. Хочешь освежить рот?

— О да! Кошмар, со мной такого не было с тех пор, как… нет, наверно, со мной никогда такого не было. — Она одновременно засмеялась и заплакала, размазывая по лицу сопли и тушь. Мы явно подходили к той ситуации, которую один мой занудный бойфренд назвал бы угрозой атомной войны, и мне следовало находиться в полной боевой готовности. Я мягко подвела Линди в раковине, намочила бумажное полотенце и дала ей в руки.

Увидев себя в зеркале, она ужаснулась.

— О не-е-ет! Я выгляжу отвратительно! Смотри, у меня на рубашке рвота.

— Не преувеличивай. А пятно мы ототрем. Ничего страшного.

Я намочила пятно у нее возле ворота. Пока я терла его, Линди закрыла глаза и оперлась на раковину.

— Все в порядке. Готово. Грязь отошла. Держи зубную пасту. К сожалению, щетки у меня нет.

— Спасибо, — всхлипнула Линди. — Какой позор!

* * *

Я была трезва как стеклышко. Мой джин с тоником уже полностью выветрился, а после того, как Линди вырвало, я не стала пить «Маргариту». Поэтому вполне естественно, что я села за руль ее машины и повезла сестру домой.

Большую часть пути она молчала. По дороге я купила ей кофе в придорожном «Макдоналдсе», и, обхватив пальцами стакан, она остекленевшим взглядом смотрела в окно. Машина у нее была презентабельная — джип «лексус», оборудованный тремя детскими сиденьями, установленными в ряд и идеально чистыми. Казалось, дети никогда в них не садились.

— Когда-нибудь ты будешь смеяться над этой историей, — попыталась я подбодрить ее.

— Может быть, тебе и смешно, но мне — нет.