Книга Постучись в мою дверь, страница 40 – Ярослава А.

Тут не поспоришь. Рус тот еще маленький гаденыш.

— Не ной, как маленький. Иногда ты ведешь себя хуже Руслана! Я же сказала, что без брата я никуда не поеду и точка.

Паршин пытался еще, что-то возразить, но я была непреклонна.

Как бы быстро не развивались наши с ним отношения, как бы добр, чуток и щедр он не был, я каким-то внутренним чутьем все еще ждала подвоха. Вероятно это такой защитный механизм женской психики. Предали один раз — предадут второй.

Поэтому как бы Влад ни пытался форсировать наши отношения, я мягко его одергивала.

Есть еще причина, по которой я не хочу ехать с ним в отпуск. Имеется стойкое предчувствие, что Паршин расщедрится на предложение руки и сердца.

А я однозначно не готова к такому повороту событий.

Слишком мало времени прошло, слишком мало мы друг друга знаем. Обижать Паршина своим отказом не хочется, но и согласием ответить я не могу.

— Сонечка! — елейны голосом окликает меня Марина Юрьевна, как только Паршин отлипнув от меня, скрывается в своем кабинете, — Не в службу, а в дружбу, отвези документы до головного офиса. На улице жара, а у меня давление.

В любой другой раз, я бы может и воспользовалась своим положением девушки шефа, отправив Юрьевну самой добираться до центра, но сейчас испытывала потребность скрыться от вездесущего глаза Влада и побыть наедине со своими мыслями.

— Да, не вопрос, Марина Юрьевна! Отвезу, конечно. Собирайте документы.

Женщина повеселела и кинулась к своему рабочему месту собирать пакет документов.

Меньше чем через двадцать минут, я уже сидела в маршрутке и ехала по направлению в центр города, где в стеклянной высотке, недалеко от набережной находился головной офис нашей шараги.

Еще в транспорте желудок начало сводить от голода, и я вполне резонно решила, что солнце не упадет на землю, если позволю себе пообедать в столовой на первом этаже здания. Цены тут конечно ломовые, но кушать хочется и желательно нормальной горячей еды, а не какого-то фастфуда.

Взяв себе вполне приличное первое и второе, присела за столик у окна и только собралась есть, как услышала рядом приятный женский голос:

— София? София Пушкина?

Обернулась и увидела статную, красивую женщину с длинными темными волосами. Одетая в шикарный красный деловой костюм, дама с радостным неверием взирала на меня.

— Да, — довольно холодно откликнулась я.

— Не помнишь меня?

Вообще у меня плохая память на лица, но женщина отчего-то казалась мне знакомой. Эти темные волосы, собранные в высокий хвост, полные губы.

— Тетя Сима?

Дама кивнула и тотчас присела за мой столик.

— Сонечка, да тебя не узнать! — всплеснула руками она, — Совсем взрослая стала!

Серафима Альбертовна была давней подругой моей матери. Мы часто бывали у них в гостях, когда мама была еще жива. У них с Симой, несмотря на десятилетнюю разницу в возрасте, были очень теплые отношения.

— Скажете тоже, — смущенно потупилась я.

— Как твои дела? Как Руслан? Папа? — набросилась с вопросами она.

— Папа? — стеклянным голосом откликнулась я, — Вы не знаете? Он умер…

* * *

Женщина мгновенно поменялась в лице. Между темных в разлет бровей залегла глубокая морщина и она, бросив внезапный взгляд на потрепанный ремешок моей старой сумки, каким-то непостижимым образом поняла, что не все в моей жизни гладко.