Книга Постучись в мою дверь, страница 34 – Ярослава А.

— Сонь, да, ты себе помочь не можешь! — внезапно взрывается Руслан, — Пашешь от зари, до зари. А тут я еще…со своими проблемами.

Сказал и носом шмыгнул, как маленький.

— Эй…ты что, — кидаюсь его обнимать.

Руслан пытается вывернуться из моих рук, но, несмотря на то, что он уже перерос меня, это не так-то уж и просто.

— Я не маленький Сонь и все понимаю, — с надрывом говорит он, — Думаешь, я не вижу, как ты надрываешься.

— И какое это имеет отношение к твоим оценкам?

— А то, что нет у тебя денег, что бы заплатить за хорошие оценки, понимаешь.

Вот тут уже у меня опускаются руки и я присев, пораженно шепчу:

— Ты сейчас серьезно?

— Вполне.

— Это что за ерунда такая творится в этой школе. Да, я же завтра пойду в министерство образования жалобу на них писать.

Руслан смотрит на меня из-под своей курчавой челки, как на дурочку, и кивает:

— Угу. Чтоб меня уж точно в детдом отправили.

— А что же тогда делать? — глажу его по спине, а у самой руки чешутся пойти и начесать пятак этому торгашу-директору. Вот ведь козлина.

— Ничего, — пожимает плечами Рус, — На тройки вытяну, а там переведешь меня. Буду с ЗПРщиками в одной школе учится.

— Не говори так, Руслан, — укоряю я, — Не уподобляйся дуракам. Нормальные там дети учатся, просто из не особо благополучных семей, малообеспеченные. Мы и сами…

— …такие, — заканчивает за меня брат.

* * *

Руслан уходит в свою комнату, а меня неожиданно накрывает приступом тупого уныния.

Погасив на кухне свет, я подхожу к окну и, прижавшись коленями к едва теплой батарее, пытаюсь вобрать в тебя это скудное тепло, словно оно может согреть душу.

На улице давно стемнело и в доме напротив то тут, то там горит в комнатах свет. Перевожу взгляд на небольшой участок дороги и кривлюсь, словно от боли.

Что я хочу там увидеть?

Сама не знаю.

Мне просто жаль, что он так и не позвонил.

Прошло уже больше недели, а от Игната не слуху, не духу. Ни звонка, ни сообщения. Я, даже наступив на горло своей гордости, сама написала ему. Просто, без витиеватых посланий, спросила, как его самочувствие. А в ответ — тишина. Сообщение так и висит непрочитанным.

Быть может с ним, что-то случилось…

Точно ли он обратился в больницу?

От этих мыслей боль теснит грудную клетку и становится трудно дышать.

Я знаю — это пройдет, и после останется только легкий флер разочарования.

Быть может оно и к лучшему. Все равно у нас бы ничего не получилось…

Вздрагиваю от негромкого равномерного жужжания.

Телефон лежит на столе и в темноте комнаты мерцает экраном, оповещая о входящем вызове.

— Да, — негромко отвечаю я и слышу в ответ глубокий и бархатистый голос Паршина:

— Здравствуй, Соня.

— Привет.

— Что делаешь? — легко спрашивает он.

— Чай пью, — довольно сухо отвечаю я.

Всю неделю я как могла, избегала разговора с Владом, а он наоборот с какой-то особой настойчивостью пытался его добиться.

— Чай, — голос Паршина тверд и настойчив, — Звучит довольно скучно. Как насчет того, что немного развеяться и сходить куда-нибудь?

— Влад, у меня была тяжелая неделя, — напоминаю, что всю неделю работала одна без Полины.

— Вот именно поэтому тебе нужно сменить обстановку! Ничего не говори. Отказ не принимается. Заеду за тобой через час. Будь, пожалуйста, готова.

Даже не успеваю ничего возразить, как он кладет трубку.