Книга Нашей жизни танец, страница 26 – Мира Айрон

— Зачем ты пришёл?

— А что? — с вызовом поинтересовался Седов. — Помешал?

Он снова повернулся к Игорю, который, кажется, передумал уходить.

— Уходишь? — с нажимом спросил Влад.

— Только пришёл, — не моргнув глазом пояснил Игорь.

— Почему тогда я тебя не видел?

— Так и я тебя не видел, — пожал плечами Шестаков.

— Лиля, ты пригласишь меня войти? Или так и будем здесь стоять?

— Проходите, — оберчённо вздохнула женщина.

О спокойствии оставалось только мечтать. Кажется, она дождалась таки финального аккорда. Влад так и прошёл в комнату — в пальто, с букетом и с портфелем. По пути успел заглянуть в кухню и увидел на окне вазу с цветами.

— Быстро вы, — туманно заметил он, прищурившись. — А может, вы уже давно мутите за моей спиной, а?

— Влад, если ты пришёл, чтобы говорить гадости, то лучше поворачивай обратно, — небрежно махнула рукой Лилия.

Удивительно, но присутствие Игоря будто придавало ей сил и уверенности, поддерживало. Она была очень рада, что он пришёл к ней именно сегодня и что остался сейчас, сел в кресло и сложил руки на груди. Седов устроился на диване, а Лилия встала у окна. Цветы она у Влада не приняла, и теперь букет сиротливо лежал на журнальном столике.

— Лиля, ему обязательно оставаться? Вообще-то я пришёл серьёзно поговорить с тобой. Точно уж без посторонних, — брезгливо посетовал Влад, кивнув в сторону Шестакова.

Игорь уже начал открывать рот, чтобы достойно ответить, но в этот момент заговорила Лилия:

— Дело в том, Влад, что у нас с тобой сейчас нет тем для обсуждения наедине. И быть не может. Соответственно, нет и секретов. Ни от кого. Потому Игорь останется.

Шестаков бросил на Лилию восхищённый взгляд, но с сожалением вернулся к созерцанию физиономии Седова: за этим нужен был глаз да глаз.

— Знаешь, а я совсем не удивлён, Шестаков, что застал здесь именно тебя. На ходу подмётки рвёшь? Держишь руку на пульсе? Неужели до сих пор сохнешь по Лильке? Так и не отпустило за столько лет?

Лицо Игоря даже не дрогнуло, взгляд оставался спокойным и невозмутимым. Правда, на Лилию мужчина в этот момент смотреть избегал.

— Ты можешь думать обо мне что угодно, Седов. Мне абсолютно всё равно, удивлён ты или нет. Но так и не узнать Лилу за все эти годы... Не понять, на что она способна, а чего никогда не совершит... Это ж каким надо быть дуболомом? Или ты прикидываешься так талантливо?

— Ой, а ты типа единственный, кто понял её тонкую натуру? — усмехнулся Влад. — Самый умный и проницательный? И всё-таки тебя ждут сюрпризы и открытия, поздравляю! Но не завидую, чесслово! Так что слюни подбери, а влажные фантазии поумерь. Впрочем, если ты готов вечно оставаться вторым номером, то можешь попытаться. Или будешь конкурировать с танцами? Они ведь ей дороже всего на свете.

— Влад, повторяю, если ты пришёл для того, чтобы поупражняться в своём скудном остроумии, то лучше уходи, — предупредила Лилия. — Либо я вызову полицию.

— Зачем беспокоить полицию по такому незначительному поводу? — холодно улыбнулся Шестаков. — Я сам его с удовольствием выставлю. Ты только скажи, Лилу!

— Посмотрим, как ты сейчас запоёшь, — кивнул Седов, открыл портфель и, достав файл с какими-то документами, протянул его Лилии. — Вот, ознакомься.

Лилия засомневалась, но всё же взяла бумаги и начала просматривать. Мужчины напряжённо следили за её лицом.