Книга Настанет день, когда я разлюблю тебя, страница 25 – Мира Айрон

— Это…ты? — немного хрипло спросил он.

— Это я. Но мы, вроде, не знакомы. Откуда ты знаешь, что это я?

— Догадался, — усмехнулся Николай. — Когда по-настоящему любишь женщину, знаешь даже то, о чём она не говорит. Но тебе не понять.

— Да где уж мне, — кивнул Кирилл. — Тут ты прав.

— Как Вика?

— Жить будет. Долго и счастливо, с тобой.

— А тебе бы хотелось, чтобы с тобой? — казалось, Николай сдерживается из последних сил.

— Не думаю, что сейчас время и место для обсуждения моих желаний, — Кирилл ничуть не смущался. — Если ты уверен в себе и в своих чувствах, тебе меньше всего дела должно быть до меня и моих устремлений.

Коля всё же не выдержал, схватил Кирилла за отвороты белого халата. Костяшки пальцев Николая побелели от напряжения. Ворот халата затрещал. Несколько секунд мужчины смотрели друг другу в глаза, и Кирилл видел, как бешенство в глазах Николая уступает место растерянности и боли.

— Чёрт с тобой, — устало сказал Николай и разжал руки. — Ты оказался там, где должен был находиться я. Спасибо тебе… за Вику.

— Не благодари, — Кирилл спокойно поправил халат, отряхнулся. — Никто не хочет учиться на чужих ошибках, каждому подавай свои. И всегда-то у нас найдутся вещи, которые внезапно важнее, чем человек, которого мы любим больше жизни. Карьера, работа, даже рыбалка… Вот такой вот парадокс. Или попадос, если угодно.

— Да пошёл ты, — беззлобно сказал Николай. — Не надейся, больше я Вику одну не оставлю.

— Посмотрим. Иди уже в палату, Вика тебя ждёт.

Кирилл кивнул и пошёл по коридору, а Николай взялся за ручку двери.

— Да, и вот ещё что, — вновь заговорил Григорьев, приостановившись. — Вике сказал, и тебе говорю: дачу в Столбово я продавать не собираюсь. Приезжал, приезжаю и буду приезжать.

Всё получилось так, как сказал Григорьев. В понедельник приехал профессор Снегирёв. Посмотрел Вику, поговорил с ней, изучил результаты её анализов и обследований, и Вику отпустили домой. Профессор оказался молодым (от силы лет пятидесяти) атлетичным блондином, а вовсе не старичком с седой бородкой и в пенсне, как представляла себе Вика.

Снегирёв, не стесняясь ни Коли, ни коллег по цеху, шутил и пытался флиртовать с Викой. В конце концов, Вика заметила даже, как Кирилл исподтишка показал своему учителю кулак.

Вплоть до выписки, Григорьев периодически заходил к Вике, слушал её, а также лично контролировал результаты всех ее анализов, давление, температуру и пульс. Вёл себя спокойно и по-деловому, личных бесед ни с Викой, ни с Колей больше себе не позволял.

Когда Вику выписали, Коля поспешил в магазин за цветами, тортом и шампанским для персонала, а к Вике в палату вошёл Кирилл.

— Ты же должен уже пить коньяк со своим учителем, — улыбнулась Вика, продолжая собирать вещи.

Вроде, её привезли в больницу прямо с реки, но за несколько дней Вика "обросла" различными вещами: Коля, родители и брат с женой приносили то одно, то другое.

— Этот бабник ждёт в машине. А я попрощаться зашёл, пока твоего мужа нет.

— Уезжаешь в Москву?

— Нет пока. Но не думаю, что у нас с тобой ещё будет возможность вот так запросто поболтать.

— И возможности не будет, и смысла особого нет, правда же, Кирилл? — поставив собранную сумку на стул, Вика открыто смотрела на Григорьева. — Ещё раз огромное спасибо тебе. Коньяк не предлагаю, знаю, что ты никогда не принимаешь подобные презенты от пациентов.