Книга Настанет день, когда я разлюблю тебя, страница 24 – Мира Айрон

— На здоровье. Ублюдков этих задержали, так что не удивляйся, если к тебе из полиции придут.

— А когда меня отпустят из больницы?

— Думаю, в понедельник утром. Выходные тебе придётся провести здесь, под наблюдением дежурных врачей и медсестёр. И под моим присмотром. Так что потерпи. А в понедельник, помимо врачей, из краевого центра мой учитель приедет, профессор Снегирёв. Он посмотрит тебя. Потом тебя, скорее всего, отпустят, а мы со Снегирёвым пойдём ко мне коньяк пить.

— А…который час?

— Спроси лучше, какой день, — улыбнулся Кирилл. — Суббота, восемь часов утра. Скоро завтрак.

— Я уже так долго здесь?! Со вчерашнего дня?

— В ты как думала? Мама твоя приехала ещё вчера вечером, уже дважды была у тебя. Пирожки вот принесла. Заодно и мне принесла, повезло.

— И мои съешь, Кирилл, ты голодный, наверно, а я не хочу.

— Поговори мне тут. Потерпи, сейчас немного придёшь в себя, и аппетит появится. А ещё сегодня какой-то сосед твоих родителей в Насадку поехал к первому парому. Ночью смысла не было, переправа не работала. Так что скоро здесь будут и муж твой, и отец, и брат. Они ведь даже не знали ничего, связи там нет.

— И маме испортила праздник, и мужчинам своим рыбалку, — вздохнула Вика. — Они так долго на неё собирались.

— Ты не виновата, потому не надо заниматься самоедством. Уверен, твоё здоровье для всех близких намного важнее, чем какие-то праздники и рыбалки.

— Кирилл…

— Что?

— А ты станешь профессором, как твой учитель?

— Стану, конечно, — с уверенностью ответил Григорьев. — А может, и академиком. В любом случае, я не остановлюсь, пойду до конца. Зря что ли заплатил самую высокую цену за свою карьеру?

Вика молчала, так как поняла, что он имеет в виду. Но Григорьев решил договорить.

— Я отказался от единственной женщины, которую люблю, в угоду быстрому и лёгкому старту. Можно было пойти более длинным и трудным путём, но зато рука об руку. Однако я был уверен в том, что самый хитрый. Все так думают, и это главное заблуждение таких, как я. Решил слукавить. Думал, обману судьбу, обойду на крутом вираже. И карьеру головокружительную хотел сделать, и тебя вернуть. Ан нет. Судьба мне сказала: "Твоё время пришло, действуй, Кирилл. Ты должен спасти свою любимую женщину для её любимого, её мужа. Ей ещё детей ему рожать, жить и жить с ним долго и счастливо. Так что не подкачай!". Всё правильно и всё справедливо. Так, как и должно быть.

— А я верю, что у тебя будет всё, Кирилл. Не только карьера.

— У меня будет всё то, что мне нужно, Вика. То, к чему я стремился и стремлюсь. Кроме главного, разумеется. Прости меня за то, что пытался влезть в твою жизнь.

— Простила, Кирилл, честно. Теперь я верю тебе.

— Вот и отлично, — Кирилл бросил взгляд на часы. — Пойду дом проведаю, душ приму и переоденусь. Вернусь, наверно, после обеда. К тебе сейчас всё равно посетители косяком пойдут.

Кирилл вышел из палаты, и его едва не сбил с ног бледный русоволосый парень, довольно высокий и крепкий. Кирилл уже знал его, видел раньше. Плотно прикрыл за собой двери палаты, загородил собой вход и выжидательно уставился на парня, подняв бровь.

— А к Виктории Баталовой можно? Она ведь здесь, в этой палате?

— Виктория здесь, и к ней можно.

Кирилл ответил спокойно и серьёзно, но парень вдруг нахмурился и начал внимательно всматриваться в лицо собеседника.