Книга Между, страница 47 – Агата Лав, Лавли Рос

— Что, мать твою? Я сказал – сворачивай!

— Мы там пробьем колеса.

У Клима неподобающий тон, и его не списать на экстренную ситуацию. Лицо Димитрия наливается красными и черными красками, он успевает распалиться и тут же успокоиться, про себя вынеся подчиненному смертный приговор. Он все равно не может привести его в исполнение прямо сейчас: останавливаться нельзя, и нужный поворот уже проскочили. Поэтому Димитрий протяжно выдыхает и с немой ледяной яростью смотрит на Клима.

Я касаюсь ладони Димитрия. То ли хочу усмирить его смертоносные эмоции, то сама ищу успокоения. И меня нагоняет чувство вины. Я же знаю, что Клим что-то задумал, и молчу. Не предупреждаю Димитрия. Я даже не могу понять, на чьей я стороне. Я хочу быть на своей стороне, но для этого мне нужна хоть коротенькая передышка. День тишины.

— Не тормози! – кричит Димитрий, вырывая меня из мыслей.

Я вскидываю голову и вижу еще одну машину. Черный агрессивный внедорожник нагоняет нас и пристраивается справа.

— Нет, не надо. – Я реагирую на рывок Димитрия.

Он достает оружие и направляет его в сторону Клима, угрожая. А тот дергает руль, выкручивая траекторию нашего движения в сумасшедшую дугу. Машину сносит, и мы закапываемся в обочине, вгрызаясь в землю большими колесами. Я падаю на Димитрия и случайно выбиваю пистолет из его ладони.

Хотя он бы и не помог ему…

Проходит всего пара секунд, как раскрываются обе дверцы заднего сиденья. Я слышу только угрожающие звуки: выкрики-приказы и шорохи тяжелых мужских шагов.

— Вытаскивай их! – командует незнакомый голос. – Быстро!

— Не трогай ее, – рычит Димитрий, когда кто-то хватает меня за плечи. – За нее ответишь, глотку перегрызу…

— Эй, с девчонкой полегче, – голос Клима перекрывает угрозы Димитрия.

Клим вырастает в дверном проеме, оттесняя громилу с грубыми руками.

— Иди сюда, – говорит мне Клим и протягивает ладонь.

Я замираю.

Я, считай, лежу на груди Димитрия. Я упала на него, когда машину закрутило, и он прижал меня к себе, чтобы я не ушиблась. И сейчас он не разжимает хватку. Я всем телом ощущаю его напряжение. Мне не нужно смотреть на него, чтобы знать, что он прожигает лицо Клима черным, как беззвездная ночь, взглядом. Волны их обоюдной ненависти идут сквозь меня. Я и есть ее причина.

— Убери руки, – командует Клим и заглядывает в салон, приближаясь. – Отпусти ее.

— Он отпустит, – выпаливаю на нервах. – Только не надо ничего делать. Пожалуйста.

Я тянусь вперед, чтобы не довести ситуацию до трагедии. Димитрий неожиданно разжимает пальцы и дает мне приблизиться к Климу.

— Все хорошо, не бойся, котенок, – бросает Клим мне в висок. – Теперь все будет хорошо.

Он вытягивает меня наружу. И он так крепко обнимает, что мне становится трудно дышать. Он как будто сам не верит, что всё получилось и я оказалась в его руках. Я же оглядываюсь и ищу глазами Димитрия.

— Что происходит? – Я беспокойно кручусь, пытаясь понять, что делает каждый из незнакомцев. – Что с ним будет? Кто эти люди?

Они выглядят как бойцы элитного подразделения. Запакованы в черное, а на лицах ни одной эмоции.

— Это неважно. – Клим перехватывает меня, стараясь сделать так, чтобы я поменьше смотрела по сторонам. – Это больше не наши проблемы.

— Нет, так не пойдет. – Я выставляю ладони в его стальную грудь и почти что плачу от своего бессилия. – Мне нужно знать, что будет с Димитрием?!