Книга Вдовец, страница 27 – Агата Лав

— Итан, — я останавливаю его и смотрю на Кирилла, которого явно не тревожит обрисованная по его душу следственная перспектива. — Что было в доме? Он держал ее насильно, мучал? Я хочу знать всю историю.

— Я не знаю всю историю.

Господи! Ну почему с ним так сложно?

— Ее имя Альбина, — добавляет Кирилл после паузы, будто почувствовал, что уж слишком скуп на слова. — Он убил ее после Ольги, но начал с ней намного раньше. Он держал ее в доме месяца два-три, в записках нет привязок к конкретным датам, но она считает недели.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Она пишет о календаре…

— Треугольники на фасадах? Да, я проверял, никакой системы. Наверное, он всё убрал.

— А записки проглядел?

— Нет, он был уверен, что не рискует. Ей было всего 21, молодая и глупая. Тренировочный лагерь.

— Что ты имеешь в виду? — Итан с трудом, но начинает улавливать нить разговора, он облокачивается спиной на седан, расправив плечи и спрятав ладони в карманы брюк.

— Альбина выпадает из списка. Она совсем легкая добыча, без будущего, без родных… буквально, она сирота. Ее никто не кинулся искать, нет человека и ладно. Если бы он не терзал так жертвы, то ее труп тоже никого бы не заинтересовал. Он специально начал с нее, самый безопасный вариант, ему никто не мешал, не дышал в затылок, он игрался, сколько хотел, проверял, что умеет.

— Но других девушек он не похищал? — я задаю очередной вопрос, пока Кирилл настроен отвечать прямо.

— Нет, но у них были встречи. Это всегда начиналось мирно — общение, определенный сценарий. Он ловит кайф от момента узнавания, от той секунды, когда человек понимает, что доверился убийце, но уже поздно.

Кирилл вдруг отворачивается от нас и делает два быстрых шага прочь. И в повисшей тишине я читаю закономерный вопрос — «С Ольгой было так же?», но ни я, ни Итан не произносим ничего вслух. Мы только смотрим друг на друга, и, кажется, Итан стремительно догоняет меня, он запрыгнул на подножку экспресса позже, но уже забыл свою злость на друга, на его спорные решения и методы. Итан молчит теперь.

Да, это затягивает, незаметно и намертво.

— Он постоянно рискует, — Кирилл возвращается к нам, но смотрит куда-то между наших тел, туда, где нет встречного взгляда. — Подходит очень близко, вплотную… вот он, но никто из друзей и близких никого не видел. С кем познакомилась недавно? Встречалась? Быть может, новое увлечение? Коллега? Нет, они ничего не могут припомнить, потому что девушки молчат. Ни одна из жертв не рассказала о нем. Как он этого добивается?

— Например, как ты со мной, — произношу вполголоса, — я тоже никому не описала тебя.

— Спасатель? — Кирилл усмехается. — Я спасаю тебя всего второй день, а он проделывал этот фокус неделями. Без связывания и отбирания телефонов.

— Любовник, — Итан подает свою версию и проходит вперед, разминая ноги, — о любовниках молчат. Девушки замужние?

— Кроме Альбины.

— И кроме меня, — я поднимаю ладонь.

Мне не по себе, что Итан коснулся этого. Скверное ощущение тайны, когда ты знаешь что-то, но вынужден молчать. А я не просилась в круг посвященных, и я не хочу стоять рядом с Кириллом, когда Итан будет говорить о любовниках. Мне неприятно, хотя Итан тоже помрачнел, и прошел мимо нас чтобы спрятаться от чужого внимания. Он справился с тоном и произнес фразу, не выделив случайно ни одного слова, но все-таки отошел от греха подальше. Он занервничал, хотя я слишком мало его знаю, чтобы читать его поведение, но он словно заставил себя произнести эту догадку.