Книга Брачный приговор, страница 28 – Агата Лав

— Можно же срезать, — говорю ему, запрокинув голову и не разрывая зрительного контакта. — С этим я точно справлюсь.

— Не люблю видеть ножницы рядом со своим горлом.

— Я осторожно.

Я начинаю с локтя. Тяжёлое дыхание Чертова льётся прямиком на мои скулы, пока я делаю небольшое отверстие, а затем распарываю шелковую рубашку до воротника. Я сама не верю, что у меня не трясутся руки. Хотя судорожный возглас все-таки срывается с губ.

— Оно только выглядит дерьмово, — говорит Чертов, осматривая рану.

— Тут явно нужен врач.

— Врач будет, но не сейчас. Нужно переждать.

Он подбородком указывает куда-то в сторону.

— Что? — я не понимаю его.

— Мне нужно зеркало, — хрипит Чертов. — Посмотри в гостиной или принеси из машины. Можешь вырвать из салона.

Я машинально киваю и разворачиваюсь на каблуках. Потом замираю и смотрю на Чертова, но он опережает мой вопрос.

— Гостиная там, — он снова показывает подбородком направление.

Я пулей вылетаю в соседнюю комнату. Хаотично разглядываю помещение и только спустя пару секунд понимаю, что нужно не вертеть головой, как истеричка, а искать зеркало! Заставляю себя выдохнуть полной грудью и тут же замечаю огромный зеркальный витраж, встроенный в стену. Слишком огромный… к тому же нужна кувалда, чтобы достать его. Но следом в поле моего зрения попадает стеллаж с фоторамками. К счастью, вместо некоторых фотографий вставлены зеркала для красоты.

То, что надо!

Я срываю фоторамку с полки и возвращаюсь на кухню. Вижу, как Чертов бросает использованный шприц и оседает на стол. Он уже чем-то облил рану, кинув опустошенную упаковку под ноги, и успел сделать себе укол. Да, он точно не пропадёт. Будет терять сознание, но все равно продолжит карабкаться из последних сил.

— Зеркало, — я протягиваю ему находку.

Подступаю ближе и незаметно выставляю ладонь, чтобы была страховка. На его лице проступили плохие тени вместе с бледной краской, поэтому мне кажется, что он вот-вот свалится.

— Ты не удержишь меня, — Чертов усмехается, опуская глаза на мою хрупкую ладонь.

Он даже в таком состоянии все замечает.

— Буду только рада, если не придётся проверять, — лёгкая улыбка касается моих губ.

Это то ли нервное, то ли женское. Получается само собой. Моя сострадательная натура сильнее разума, мне хочется как-то подбодрить его… Да и себя заодно.

— Мне нужно увидеть рану сзади, — бросает Чертов.

— Ааа, — я киваю, наконец, догадываясь для чего нужно зеркало. — Я сейчас… Так? Или выше?

Я отступаю еще на шаг и держу зеркало за спиной Чертова. Он оборачивается через плечо, чтобы поймать своё отражение.

— Ближе, — подсказывает он. — Ещё.

Он замирает, сосредоточенно разглядывая выходное отверстие. А потом кивает и молча возвращается к аптечке.

— Так что? — спрашиваю у него. — Что там, Чертов?

— Повезло, навылет.

— Но тебе все равно нужен врач.

— Мне нужна перевязка и поспать.

Он достает запакованный бинт из аптечки и скептически смотрит на него. Одной рукой тут действительно не управишься.

— Хотя можно только поспать, — заключает он и отталкивается от стола, чтобы пойти дальше.

— Так нельзя. Ты закинулся обезболивающим и только…

— Послушай меня, Татьяна. Я скоро отключусь. Дай мне отдохнуть, потом я все исправлю. И не глупи, пока я буду спать, ворота все равно никак не открыть. Даже если ты разобьешь об них машину.