Книга Торпеда. Возвращение пацана. Книга 1, страница 163 – Виталя Гусынин

Делать было нечего. Тягаться с такими людьми, такого ранга и статуса, Торпеда не мог. Не предполагал он, что обычный разговор выльется в большой раздор. Выходит, все что он делал для этих людей, было лишь выгодно только для них. Его использовали, как куклу и в итоге выкинули за ненадобностью.

Он развернулся на дороге и помчался в старый дедовский дом, где он хранил некоторые вещи и деньги в тайнике. Зайдя, включил фонарик на телефоне и стал рыться на подловке. Достал старый армейский чемодан деда и отщелкнул замки. Там лежало несколько пачек денег, рублями и долларами. Пистолет и бумаги с делами Сладкого. Пересчитав деньги, выходило совсем мало. Всего лишь двадцать лямов. Это было ничтожно, по сравнению с суммой, которую назвал авторитет. Но хоть что-то. Собрав обратно все в чемодан, Леха отправился домой к Ирине.

По приезду он все рассказал ей и стал метаться по дому как загнанный волк. Ирина попыталась его успокоить, но у нее это не вышло. Всю ночь Леха крутился на кровати, как уж на сковородке, в поисках нужных идей, но так ни чего и не смог придумать.

Утром спускаясь к выходу подъездной двери, к его виску приставили холодное дуло пистолета. Знакомый голос проговорил:

— Не рыпайся, псина, иди спокойно, в тачку садись и без фокусов, я заряжен.

Когда он вышел на улицу, рядом шел Тюлень и подпирал его стволом в спину. Мужчины сели в Гелик и закрыли двери.

— Ты, паскуда, кинуть нас всех решил? Ты запомни, гандонье вымя, ты у нас на привязи если что. Твоя ладонь по локоть в крови. Помнишь тех ребят на трассе под Самарой, что завалили из твоей тачки? Жигуль твой дырявый, на верном месте еще стоит. Седого тоже на твоей хазе завалили, следы полюбас найдут. Парни в камере – тоже твоя работа. Так знай, сука, если рыпнешься – в раз загремишь на нары! А там то, уж поверь, мы тебе обеспечим «теплый» прием и сладкую житуху. Досямкал? – Сиплым голосом, произнёс Тюлень.

— О. А ты тоже перекрасился? Быстро ты. А братом называл меня. Помнишь? – Ответил ему Леха.

— А ты мне душу не тревожь. Мне все это до фонаря. Я не сентиментальный. Мне Сладкий бабло платит и я за него любого загашу, хоть брата, хоть мать родную. А тебя, козла вонючего, и подавно и не пощурюсь. Не ты первый и не ты последний. Меня то из любого клоповника вытащит, потому как я не ссученный, я до конца в деле. А ты только дернись куда-то в не правильную сторону, я тебя вырежу, я всю семью твою на нож посажу. – Произнёс тот и вышел из машины.

Потом так же бесследно скрылся в неизвестном направлении, как это Тюлень умел делать всегда.

«Еще один дружок-пирожок». Подумал Леха и сорвался с места.

Он поехал в городскую администрацию. Найдя нужных людей, обратился с прежним вопросом.

— Короче, Владимир Николаевич, ваше предложение еще актуально?

— Ты по поводу земли? Да. Но ты же вроде хотел судиться? – Переспросил чиновник.

— Планы изменились. Ну так что, будете брать? Только хотел немного поговорить о цене. Вы же понимаете, что та сумма была еще в лохматых годах? Сейчас все стало намного дороже. Накиньте пожалуйста еще пару тройку миллионов? И будет все в ёлочку. – Ответил Торпеда.

— Нет. Эта цена окончательная, и пересмотру не подлежит. Все давно утверждено. Подрядчик не согласиться, а ты будешь судиться годами и не добьёшься результата. Я тебе говорю как есть. Соглашайся на это и уже завтра же оформите сделку и ты получишь свои пять миллионов. – Ответил тот.