Книга Признаться в любви нелегко, страница 9 – Линдсей Армстронг

— Ну раз ты так говоришь, Бретт, – пробормотала она и быстро отвела взгляд от его плеч, молясь, чтобы он не заметил, как действуют на нее эта сильная шея, эти широкие плечи. Они пробуждали в ней чувственное желание потрогать их пальцами, припасть к ним губами.

Он резко отпустил ее руку.

— Спокойной ночи, Никола.

Однако что-то удержало ее от того, чтобы немедленно уйти, и заставило мельком взглянуть в его глаза. Холодное непроницаемое лицо. Все чувства словно стерли с его лица, будто мел со школьной доски.

— Спокойной ночи, Бретт, – сказала она ровным голосом и тихо ушла.

Бретт Хэркорт постоял немного в задумчивости, как делал время от времени в последние два года. Неужели его жена и в самом деле настолько наивна, что не понимает, насколько привлекательна и желанна она для большинства мужчин? Может быть, она пока еще слишком молода и неопытна? Или этот брак по расчету оказался еще успешнее, чем он полагал, чтобы гарантировать безопасность дочери человека, которого он боготворил? Безопасность в башне из слоновой кости?

Воскресный день обещал быть ясным и жарким. Май – один из самых приятных месяцев на самом севере Квинсленда, считала Никола. Она вышла на веранду, чтобы полюбоваться окрестностями.

Бретт Хэркорт построил дом в Йоркис-Наб, на взморье. Он стоял на небольшом, возвышающемся лесистом мысе Наб, откуда открывался великолепный вид на океан и на поля сахарного тростника, значительная часть которых находилась в собственности Бретта. Сахарный тростник был не единственной его собственностью. Ему принадлежали также плантации бананов и авокадо, равно как и фермы, на которых выращивали манго.

Все это, между прочим, принадлежит и Николе. Принадлежит?

Несправедливость того, что ее наследство будет находиться в чьих-то руках до тех пор, пока ей не исполнится двадцать три года, мучила Николу и сейчас, когда она любовалась прекрасным видом.

Дом на мысе Наб обладал еще одним достоинством – полной уединенностью. Дорога проходила выше уровня их крыши, и соседние дома были скрыты роскошными зарослями тропических кустарников. На лужайке перед домом росли пальмы, а позади дома был крутой спуск к морю.

Никола глубоко вдохнула свежий, хрустально-чистый воздух и, обернувшись, взглянула на дом. Двухэтажное здание из камня, дерева и стекла прекрасно вписывалось в холмистый пейзаж.

Внимание Николы привлекло мелькнувшее в дверях ее спальни и тут же исчезнувшее маленькое личико. Она немного подождала, потом бесшумно прошла в свою комнату и подкралась к кровати, на которой вздымались под покрывалом два неподвижных холмика. Никола упала на кровать, чем вызвала визги и громкий взрыв смеха. Холмики радостно задвигались, и все закончилось общей кутерьмой.

— Это кто тут спит в моей кровати? – грозно спросила Никола, притворившись необыкновенно удивленной.

— Ты знала, ты знала! – завопил Крис.

— Откуда она могла знать? – возразила его сестренка, высунувшись, чтобы глотнуть воздуха. – Мы лежали тихо. Даже не дышали!

— Говорю тебе, она знала…

— Да ладно вам. – Никола прижала детей к себе и взбила подушки. – Не будем начинать день со спора. Может быть, лучше вместе споем? Ну, например… – И они запели про веселых медвежат, а потом про собаку, которая лаяла дни и ночи напролет. Пели весело, то басом, то визгливым фальцетом.