Книга Бастард Великой Орды, страница 80 – Александр Майерс, Андрей Абрамов

— Оставьте рядом с мясом по одной вещи. Каждый. Пусть запомнят наш запах. В следующий раз придём тем же составом.

Я снял подшлемник и бросил его к мясу. Этого будет достаточно.

Запомнив расположение логова, я развернул отряд и отправился в сторону острога. Ехали молча. Каждый обдумывал увиденное, делая какие-то свои выводы.

Я же только убедился в правильности намерений. Диких варгов приручить можно. Надо только подобрать нужный подход и показать, что ты им не враг.

Не доезжая острога я решил разобраться с ещё одним незавершённым делом. Посетить Ореховку — одну из человеческих деревень, которая формально принадлежала острогу.

Я отправил Гулкаша обратно в Гнилые Зубы, с наказом снарядить повозку с припасами, а сам в сопровождении Зарры и Кхара свернул к Гнилому озеру.

Уже на подходе я убедился, что дела в деревне обстоят ещё хуже, чем были в остроге.

Частокол походил на разъехавшиеся зубы старой клячи. Ворота едва держались на петлях, жалобно скрипя при каждом дуновении ветра. Два десятка избушек, хаотично раскиданные по кругу, давно требовали ремонта. Некоторые и вовсе пора было сносить и отстраивать заново. Только, видимо, некому.

Посреди деревни, где обычно находится лобное место, из земли торчал мегалит, наподобие Агнар-камня. Его грани давно осыпались. Основание покрылось лишайником. А сам он опасно накренился, грозя развалиться в любой момент.

Да, сюда следовало приехать давно. Прислать орклинов, чтобы они хотя бы подняли частокол и наладили ворота. Да много чего можно было сделать.

Подъехав ближе я уже было подумал, что Ореховка вымерла. Вокруг царила зловещая тишина. Ни стука топора, ни разговоров. Даже собаки не лаяли. Только скрип ставен и вой ветра в печных трубах.

Но вот створка в крайней избе внезапно приоткрылась и взгляд уловил мелькнувшую за ней тень. Дверь соседнего дома со скрипом отворилась. На пороге возник сухопарый дедок в обвисших штанах, с ухватом наперевес. На левой руке чернел один-единственный круг Силы.

Тут же из избы напротив вышли ещё три мужика. Один сжимал топор. Двое других, судя по лицам приходящихся ему сыновьями, держали заточенные палки.

Хм, однако! А какого следовало ждать приёма, если этих людей годами морили голодом и отбирали последнее? Хорошо, что с арбалета сходу не влупили, и то ладно.

Хотя вряд ли у них есть арбалеты.

— А ну стой, изверги! — злобно прокряхтел старик. — Чего вам нужно? У нас ничего кроме мышей не осталось. Да и те скоро подохнут. С голодухи-то. Всё уже отобрали!

Я спешился и выставил вперёд ладони, показывая, что не представляю опасности.

— Это ж кто у вас всё отобрал-то, старик? — спросил я, осматривая покосившиеся избы.

— Кто-кто? Зубовские! Сами ж оттудова! Не?

Дед прищурился, пытаясь сфокусировать на мне зрение, чтобы получше рассмотреть.

— Погоди-ка! Полукровный⁈ Ты откудова такой взялся, клыкастый? В Зубах таких отродясь не водилось, — старик в растерянности опустил своё грозное оружие. — Похоже, морок это всё. Совсем котелок не варит уже.

— Не морок я, а Кром, комендант Гнилых Зубов. Зурга больше нет в остроге. Никто больше не посмеет обирать Ореховку. Даю слово. И ты прав — я полукровка.

Старик замер на крыльце, как истукан, и ещё сильнее прищурился, снова пытаясь меня разглядеть. Протянул руку.