Книга Ян и Инь 6. Дорога домой, страница 98 – Ник Вотчер

Пользуясь моментом, я огляделся. Вокруг нас продолжалась битва, но теперь монголы дрались уже не как организованный отряд, а как обезумевшие звери. Их командир был мертв, как и три сотника из четырёх. Обгорелое знамя, в которое попал один из сгустков пламени, выпущенных Акамиром, упало в грязь, образованную из земли и пролитой крови, но степняки не сдавались.

— Они словно обезумели, — пробормотал Акамир, вытирая пот со лба. — Такое ощущение, что они собираются драться до последнего. Или, как минимум, собираются добраться до убийцы их командира. То есть тебя.

— Значит, здесь они все и полягут, — ответил я, сжимая кулаки.

Инь, почувствовав мой настрой, довольно рыкнул. Вот кто кто, а он всегда был только рад бою. От него хлынула духовная энергия, смывая усталость и наполняя моё тело силой. Пара секунд, и я был готов сражаться хоть с десятком противников!

Первые добравшиеся через ряды моих бойцов монголы расстались со своими жизнями за считанные секунды. Я не собирался сдерживаться, решив покончить с врагами, как можно быстрее.

Разобравшись с ними, я двинулся дальше. Монголы радостно взревели и удвоили натиск. Я врубился в их ряды, стараясь достать как можно больше врагов. После того, как мы с командиром монголов оказались на земле, мой конь сбежал, и я был вынужден сражаться пешим. Поэтому, чтобы достать степняков, мне приходилось сперва стаскивать их с лошадей.

Следом за мной двигался Акамир и догнавший нас Лэй с полусотней своих самых сильных воинов. Большая часть из них были «змеи» и «ящеры», которые делали упор на скорость, а не защиту.

Они спешили, пытаясь догнать меня, вырвавшегося далеко вперёд и сражающегося в самой гуще врагов. Но всё, что они могли, это добивать раненых мной монголов и их скакунов.

Меня захлестнула ярость битвы. Всё, что я видел вокруг, это злые лица монголов, которые пытались до меня дотянуться. У некоторых это даже получалось, но мой духовный покров пока-что успешно сдерживал многочисленные удары.

То, что враги закончились, я осознал не сразу. Ещё какое-то время я крутился, пытаясь выцепить глазами следующего противника, но видел лишь своих людей и мертвые тела степняков.

— Ты просто какой-то мясник, — прошептал Акамир, подходя ко мне и протягивая какую-то тряпку. — Мы за тобой вообще не могли успеть.

Я неопределённо что-то промычал, вытирая лицо в тех местах, которые были не скрыты шлемом, и на которые попала вражеская кровь.

— С другой стороны, теперь выжившие «союзнички» и их воины десять раз подумают, прежде чем напасть на тебя или предать.

Я тяжело дышал, морщась от боли. Всё же, несмотря на духовную защиту, я пропустил слишком много ударов и, после того, как горячка боя начала постепенно спадать, я начал ощущать все «прелести» пропущенных ударов. Взгляд зацепился за Юнгура, который шёл ко мне с мрачным выражением лица, неся с собой грязную тряпку, которая ещё недавно была знаменем Монголов.

— Ты знаешь, кто это был? — спросил он, кивком головы указав на место, где лежал поверженный командир степняков.

— Понятия не имею. А ты, выходит, знаешь, раз спрашиваешь?

— Да, — на его лицо вылезла кривая улыбка. — Ты убил сына хана Сарангэрэла. А учитывая, что некоторые всё же смогли сбежать, то вскоре все узнают, кто виноват в его смерти и где он находится.