Книга Ян и Инь 3. Свой, среди чужих, страница 77 – Павел Вяч, Ник Вотчер

Проклятье! И так нелёгкий путь усложнился ещё больше. Акамир умудрился найти немного лечебной травы и на привалах мы отпаивали Дорбуя получившимся отваром. Ему ненадолго становилось полегче. Ровно настолько, чтобы указывать направление.

Такими темпами мы шли ещё три дня. Радовало только то, что монгол находил в себе силы справить нужду и закинуть в рот еду. Травы помогали, но не так, как хотелось бы. Хуже ему не становилось, но и лучше тоже. Однако, ничем другим мы ему помочь не могли.

По пути нам повстречалось две аномалии. В одной мы столкнулись с духами-шакалами и изрядно проредили их количество. Хотя их и так там было не особо много. По словам того же Дорбуя, это место периодически подчищалось. Да чего далеко ходить, они сами пару раз сюда заходили, но проходили только по краю, не рискуя соваться в глубину.

У меня после шакалов ещё больше усилился нюх, а Акамир прокачал своего духа. Оказалось, что начиная с уровня полуразумных, духи могли поглощать другие виды, отличные от своего, без риска того, что у них и их носителей начнутся проблемы ментального плана.

То есть нам можно было не опасаться, что Акамир внезапно бросится на меня или нашего проводника. Или что его лис решит проверить на прочность и вкус Иня. Хотя за последнего я вообще не переживал. Медоед отожрался до таких размеров, что я даже не знаю, кто сможет справиться с ним один на один.

С другой стороны, единственными навыками Иня так и остались бешеная регенерация и крепкая шкура. Никакой стихией он так и не овладел. Как и я. Было немного завидно наблюдать за тем, как Акамир формирует из духа огненные наконечники для своих стрел. Или как его клинок наносит духам повреждения, время от времени поджигая их.

На четвёртый день Дорбуй смог идти самостоятельно. По моим подсчётам и впечатлению, нам оставалось пройти не так много. У Акамира было схожее мнение. Он всё чаще и чаще посматривал на нашего проводника. И в этих взглядах не было ни капли добрых чувств. Мой приятель явно решил для себя поквитаться с чуть не угробившим нас монголом.

Тот эти взгляды время от времени ловил и понимал, что за неудавшуюся подставу придётся расплачиваться. Проблема в том, что ничего ценного у него не осталось. Слишком сильно он тогда торопился спасти свою жизнь, раз потерял рюкзак и оружие.

После очередного спуска, деревья поредели, и перед нашим взглядом предстал долгожданный вид. Я сразу увидел заставу. Сложно было не заметить место, от которого поднимался дым. При этом дым был чёрным и достаточно густым. От дров обычно он другой. Хотя, кто знает, из чего они там огонь разводят.

Радостный, я обернулся, чтобы поделиться с Акамиром тем, что только что увидел, но был вынужден сдержаться. В нескольких метрах от нас, на большом валуне, стоял здоровенный баран. От каждого выдоха, из его ноздрей вырывался пар. Он смотрел в нашу сторону, наклонив голову и направив на нас острые кончики своих загнутых рогов. Такие, вполне возможно, смогут и покров пробить.

Но не это заставило меня замереть, а то, что у него, в отличие от обычных баранов, не было шерсти! Словно этого было мало, камень под его копытами постепенно покрывался льдом. А это могло значить только одно, нам попался зверь, который обладал стихией, что делало его в разы опаснее.