Книга Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля, страница 6 – Леона Эльсворд, Таисия Касам

Но ребенок так и не появился.

Год за годом тянулась ледяная пустота, а вместе с ней крепло безжалостное презрение мужа и глумление его родни.

А потом в его жизни - и в моем персональном аду - появилась она.

Глава 4.

Чужая память продолжала крутить перед моим внутренним взором кошмарную хронику, словно кто-то насильно заставлял меня смотреть документальный фильм об издевательствах над беззащитным человеком.

А потом на этой пленке появилась она.

Селена - абсолютное, рафинированное зло во плоти.

Элире шел двадцать первый год. Она только что вернулась из унизительной поездки в родовое гнездо Сильвервейнов, где безуспешно пыталась заговорить с отцом о материнской доле наследства и о разводе. Отец лишь высмеял ее.

В замок мужа она вернулась глубокой ночью. В каменных коридорах стояла вязкая, подозрительная тишина.

Элира шла к себе, но у дверей покоев Дрейка замерла. Из-под резной дубовой створки пробивалась полоса теплого света. И тихий, переливчатый женский смех.

Она толкнула дверь без стука - просто шагнула внутрь, еще надеясь, что ошиблась.

Дрейк лежал на смятых шелковых простынях, обнаженный до пояса. Золотистая чешуя на его широкой груди лениво мерцала в пламени свечей. Сверху на нем сидела роскошная фигуристая блондинка. Золотые волосы тяжелой волной рассыпались по ее плечам, губы были приоткрыты в сытой улыбке. Она двигалась неторопливо, смакуя каждую секунду, а пальцы герцога сжимали ее бедра - уверенно, по-хозяйски.

Селена заметила незваную гостью первой. Она даже не сбилась с ритма. Лишь повернула точеную шею и улыбнулась - ядовито, торжествующе, словно сытая кошка, прижавшая лапой мышь:

— О, дорогая… Ты вернулась раньше времени. Решила присоединиться к нашим забавам?

Дрейк лениво приоткрыл тяжелые веки. В золотых глазах мелькнула досада - словно ему помешала залетевшая в спальню мошка.

— Пошла вон в свою комнату, Элира, - бросил он глухо. - Утром поговорим.

Хозяйка тела застыла в дверях, не в силах пошевелиться. Смотрела, как любовница мужа ластится к нему, целуя в основание шеи, и как дракон блаженно прикрывает глаза.

А затем Элира развернулась и ушла. Без криков. Без единого слова.

Она не заплакала даже тогда. Просто брела по темной галерее, пока не уперлась лбом в холодную каменную кладку. Сползла по ней на корточки и начала беззвучно, судорожно задыхаться - не от слез, а от того, что из нее заживо выламывали последние остатки человеческого достоинства.

Картинка в голове резко дернулась, сменяясь новым эпизодом.

Это случилось через пару недель, когда Элира впервые за все годы попыталась очертить границы:

— Если тебе так нужна любовница - развлекайся на стороне сколько угодно, - тихо, но отчетливо сказала она ему в кабинете. - Но не смей приводить ее в наш дом. Не смей позорить меня перед слугами.

Дрейк рассмеялся - коротко, лающе, без тени веселья.

А потом ударил.

Без магии, чисто физической силой, вложив в пощечину всю мощь тренированного бойца. Голова девушки мотнулась, в глазах взорвались искры, в ушах тонко взвыло. Она рухнула на колени. Дрейк сгреб ее за волосы и вздернул вверх:

— Ты вздумала ставить мне условия?! Ты - пустоцвет, не способный даже понести от истинного пламени?! Тварь, которая годами смеет смотреть на меня с этим убогим укором?!