Онлайн книга «Кицхен вступает в бой»
|
— Особенно если эти жрецы помогут Великому хану стать Великим ханом. — Ты умён, мой друг. — Давай без этой вот лести, - отмахнулся Валисий. – Хорошо… тогда у них должно быть что-то. Что-то реальное. Табирий много говорит, но он не привёл сюда ни людей, ни големов. Того, что я видел, недостаточно, чтобы захватить крепость. И он, может, не сильно умён, но и не совсем глуп. А значит… — У него есть особое оружие. Полученное от жрецов Айлура… и нам нужно понять, что за оно. Понять и… — Рассказать? — Да. — Хорошо, - Валисий подавил вздох. – А конь… Не шёл он из головы. — При чём тут конь? — Конь… ты ведь понял, что конь не так прост? Жрец тоже мог понять. Это самое большое заблуждение, думать, что ты умнее прочих… — Тогда он мог бы обвинить… — В чём? В том, что дар опасен? Но ты бы ответил, что не знал об опасности. Да и доказать надо… нет, тут всё тоньше, друг Валисий. Нас позвали, чтобы проверить, принесём ли мы клятву. — Я не собираюсь… — И верно. Думаю, что не только мы отказались. Подобные клятвы не даются вот так легко. Но наш отказ многое сказал, что Табирию, что жрецу. И да, обвинить нас пока не в чем. Обвинения без доказательств разрушат доверие к Табирию… — А доказательств нет. — Пока нет. А вот сунешься к коню, обвинят или в предательстве и подготовке покушения, или в святотатстве. И ведь прав Эвилий. Всецело прав. Но от этого менее тошно не становилось. — Ради того нас и пригласили. В шатер, и на жертвоприношение, - Эвилий допил воду. – В ином случае, зачем Тах-Акою тратить слова, рассказывая о том, что случится? Промолчал бы, мы бы и не узнали. И снова ответить бы, что… — А потому прости, друг Валисий, но до полудня я тебя отсюда не выпущу. — Вода… - Валисий прислушался к ощущениям. — Просто вода. Я не стану портить наши отношения сонным зельем или подлыми чарами, - Эвилий убрал флягу за пояс. – Я попрошу тебя сохранять разум и спокойствие. Ты… нужен. — Кому? — Мне. И хану. И прочим людям, заплутавшим людям… жрец ведь не зря тебя опасается. — Меня? – слышать было смешно. Почти. – С чего ему меня опасаться? — С того, друг Валисий, что многие на тебя смотрят. Многие тебя знают. И как воина, и как человека разумного и честного. Как того, кто встретил удар тварей и не дрогнул, и сумел не только сам спастись, но и других вывел. Люди… шепчутся. Далеко не все верят Табирию, но они не видят иного пути. Да, те, кто помоложе, захмелели от сладкого вина его слов и обещаний. Но есть и иные. Кто-то боится гнева Великого хана, кто-то послушен слову старших, пусть и не согласен. Кому-то просто некуда возвращаться. Они пока молчат. Смотрят. Ждут. Но их выбор способен изменить, если не всё, то многое. Речь Эвилия была тиха и полна уверености. — Сдаётся мне, что ты преувеличиваешь. — Может, и так. Но у твоих костров собираются не только твои люди. Сидят. Слушают. Разговаривают разговоры… из слова многое родиться может. Валисий покачал головой. — Боюсь… ты слишком многое на меня возлагаешь. — Я не возлагаю. Я предлагаю. — Что? — Не спешить. Будь собой… — И позволь принести это несчастное животное в жертву? – Валисий скривился. – Конечно, это лучше, чем люди… Он заставил себя говорить тише. Пусть шатёр охраняют, но кто знает этих жрецов и на что они способны? За свою жизнь Валисий не боится, но его люди не заслуживают смерти за неосторожное слово. |