Книга Кицхен вступает в бой, страница 148 – Екатерина Насута

— И проклятый отступник чует скорый конец свой. И вместо того, чтобы уступить место и власть достойному, - жрец указал на Табирия, - он пытается удержать её в руках. Он отослал химер, зная, что Храм не потерпит попрания устоев… он отринул многих достойных сынов, чтобы дать место другим, ничтожным, опираясь на их верность. Ибо нет ничего вернее собаки, которую ты выращиваешь сам… видишь, Эвилий, не один ты умеешь говорить правду.

Щека дёрнулась. Но Эвилий ответил с улыбкой.

— Всё так. Но разве кто иной не поступил бы так же?

— Верно. Власть любит сильную руку. Потому многие согласны с тобой… - жрец встал за спиной. И Валисий напрягся. – Но чем дальше, тем хуже… он призвал шпионов, он разослал их повсюду…

— И ты думаешь, что кто-то из тех, кто делил с тобой хлеб и вино, из их числа? – поинтересовался Эвилий, отставив кубок. – И позвал нас… зачем?

— Чтобы вы заглянули.

— Куда?

— В око Айлура, - жрец отступил. Но взгляд его Валисий чувствовал затылком. – Ибо тот, кто врёт людям, не посмеет соврать отцу своему…

Да как сказать.

Врать, конечно, Валисий не любил. Но порой случалось.

— И мы первые? Или последние? – Эвилий вытер ладонь о штаны.

— Вы те, кто ещё не принёс клятву, - произнёс Табирий устало. – Уж прости, друг Валисий… за тебя поручился твой отец, а я знаю, что нет человека надёжней. И твоему слову верю. И желанию, но… ты сам понимаешь. Мы и вправду здесь как бусины на нити ожерелья. И достаточно одной… опасной, чтобы нить разорвалась. Я не могу рисковать. Ни собой, ни теми, кто доверился мне.

Он развёл руками.

— Понимаю, - Валисий посмотрел на жреца, который встал рядом с ханом.

И химеры придвинулись ближе.

— Не понимаю лишь, чего ты хочешь? Клятвы?

Эвилий не спешил вставать. Спокоен. Хорошо… он быстр и свиреп. И с химерой сладит, как и Валисий со второй. Но и Табирия не стоит сбрасывать со счетов. Он тоже воин.

А вот жрец?

Будет ли сражаться? И как? Только ли сталью?

— Хочу… хочу, чтобы ты, друг мой, заглянул в око Айлура, как дитя смотрит в глаза своего отца, - жрец сцепил пальцы и качнулся.

Вправо.

Влево.

И длинные его одежды качнулись с ним.

— Чтобы выпил кровь его, позволив силе проникнуть в тело…

— Нет, - Валисий не дослушал и покачал головой. – Прости, Табирий. Я уважаю тебя. Но я не буду принимать кровь от него. Извини, но… тот, кто хочет встать на путь жреца, должен пройти посвящение кровью бога. Это правильно, ведь тот, кто встает на путь воина, проходит посвящение клинком и боем. Но я именно воин. Не жрец. И я не собираюсь… - он махнул рукой, потому что слова иссякли.

— Твой отец выразил свою волю.

— И я исполняю её. Он велел взять людей и привести их. Я взял и привёл. Он велел сражаться. И я готов сражаться. Уже сражался. И дальше буду. Во славу ли Айлура, тебя ли… не важно. Но кровь… я не хочу стать одним из безумцев, которых садят на цепь этой крови.

— Айлур дарует с ней силу! – воскликнул Табирий.

— Мне хватит и собственной, - усмехнулся Валисий и поднялся, двигаясь очень медленно. – Прости, если мой отказ тебя обидел…

— А ты, Эвилий Отверженный? Изгнанный из родного дома?

— Пожалуй, и я откажусь. Я… скажу честно. Мне глубоко плевать, кто там занимает трон. Он всё одно не для моей тощей задницы. Я лишь искал своё место. И думал, что нашёл его, что… когда-нибудь, как мой предок, силой и храбростью сумею получить свою землю или… ай, не важно.