Книга Хрупкость, страница 155 – Кортни Ли Винн

— Как думаешь, что лучше? «Я не слабая» или «я ни черта не слабая, свинья»?

Низзара собирается было ответить, но, когда Светлячок поворачивается к ней, ее лицо вновь становится бесстрастным.

Спокойным голосом безжалостной правительницы она произносит:

— Ты за это заплатишь, Даген.

Маленькое жестокое чудовище.

Дневник: страница 27

Я собираюсь в Зем. Коко не нравится мой план, но ей нравится лишь то, что сопровождается огромным количеством крови. Мне кажется, в прошлой жизни она была коварным и жестоким маленьким варваром.

– Ло

После ухода Лекка стражники сопровождают меня в тренировочный зал, где я должна встретиться с Сорреном, но его там нет. В последнее время он отсутствует все чаще.

Мы проходим мимо комнаты Тареллы. Дверь открыта, и я вижу, что она запихивает одежду в чемодан.

— Стой, – приказываю я Брунару и распахиваю дверь комнаты.

— Разве ты не знаешь, что надо стучаться? – бурчит Тарелла, не глядя на меня. Она вытаскивает из шкафа платья и бросает их в чемодан.

— Что ты делаешь?

Она замирает, повернувшись ко мне спиной.

— Уезжаю.

Дыра в моей душе становится еще больше.

— Тарелла…

— Где мама? – Она поворачивается и тычет в меня пальцем. – Что он с ней сделал?

Ее глаза покраснели от слез.

— Я не знаю.

Тарелла снова тычет в меня дрожащим от ярости пальцем:

— Тогда убирайся!

— Тарелла… – У меня дрожит голос. – Пожалуйста, останься. Я знаю, что мы часто не ладили, но я люблю тебя.

— Где же ты была все эти годы, когда отец готовил к поединкам тебя, а не меня? Тебе плевать, что ты сидишь на троне, а я стою в стороне, как изгой. – У нее дрожит подбородок. – Ты всегда получала самые красивые платья, лучших тренеров, более умных наставников, комнату больше, чем у меня, и ни разу не попросила отца сделать для меня то же самое. – Ее щеки блестят от слез. – И я видела твой гнев. Я видела, как ты теряешь контроль над собой, и тогда в твоих глазах появляется эта холодная жестокость. Ты еще не убийца, но ты станешь ею. Ты похожа на отца, и я не чувствую себя в безопасности рядом с вами. Мама говорила, что, если с нею что-нибудь случится, я должна отправиться в Зо. Именно это я и собираюсь сделать. – Тарелла сжимает кулаки. – И я не стану по тебе скучать.

Пока она говорит, трещина в моей душе все сильнее расширяется, и наконец внутри что-то раскалывается, и наружу выползает тьма. Я чувствую ее. Слышу ее…

Что за тяжкое бремя – испытывать чувства, шепчет она.

Я перевожу взгляд на Тареллу, и она отступает назад, а кожа на ее руках покрывается мурашками.

— Убирайся из моей комнаты.

— Надеюсь, ты найдешь в Зо все, что заслуживаешь, – бросаю я напоследок. – Поскольку для тебя важны лишь вещи, – с этими словами я покидаю комнату.

Направляясь к тренировочному залу, я пытаюсь запрятать боль глубоко внутри.

И когда все вокруг окутано тьмой, сделать это намного легче.

Я захожу в зал, но Соррена по-прежнему нет. Брунар со стражниками остаются в коридоре, настороженно переглядываясь, словно опасаются, что я могу попросить кого-нибудь из них со мной сразиться.

Дверь захлопывается, и я неторопливо приближаюсь к стойке, на которой висят длинные мечи. Я беру самый нижний меч и слышу звон металла о металл.

— Твои губы во второй раз сведут меня в могилу.