Книга Хрупкость, страница 120 – Кортни Ли Винн

Хоак опускается передо мной на одно колено, как поступаю я в присутствии Нила.

— Я не могу предложить вам землю или деньги, но могу предложить свою верность и помощь, – произносит он.

В глазах Хоака вспыхивает удивление, когда я преклоняю перед ним колени и сжимаю его плечо.

— Я могу предложить тебе то же самое.

Глаза Реба загораются затаенным светом, и он снова обращается к нам:

— Прошу прощения за столь короткую встречу, но, боюсь, мое время подходит к концу. – Он грустно улыбается. – У меня нет ничего, кроме времени, и все же оно ускользает от меня.

Он глубоко вздыхает. С выдохом его тело окутывает волна черной энергии, и внезапно он весь как будто поглощает свет, становясь выше и массивнее. На его коже появляются черно-фиолетовые космические символы и начинают вращаться, словно живые. Перед нами…

Темный джаксел.

Он шумно вздыхает, как будто сбрасывает с плеч тяжелый груз.

— Мы увидимся снова, а пока будьте начеку, найдите Первозданные сосуды и верьте, что со временем все прояснится. – После этого он исчезает во времени и пространстве, растворяясь в небытии, оставив нас в недоумении.

В его отсутствие комната кажется опустевшей. Внезапно раздается возглас Джаспера:

— Что за черт? – Он ставит кружку на каменную скамью и вскакивает. – Что он имел в виду, когда говорил о сосудах?

Я встаю, продолжая размышлять над случившимся.

— Он говорил мне, как это случится, но я не думал, что все будет так… – по-прежнему недоверчиво произносит Хоак и качает головой. – На самом деле я не думал, что это вообще произойдет.

— Тебе известно, кто он такой? – спрашивает Джаспер, не сводя глаз с того места, где только что стоял Реб.

— Нет. Он не раз спасал нас, поэтому мы следовали за ним и уважали его желание оставаться безымянным.

Хоак проводит меня по туннелям, разъясняет обстановку и знакомит с другими стражниками, которые, как и он, трудятся на мельнице.

Слушая его доклад, я понимаю, что он привык делать это для Реба. Количество стражников, количество новых людей, уровень воды, запасы продовольствия, последние нападения Пожирателей душ и сообщения о перемещениях солдат Зарра по Пустошам в поисках мятежников.

Целый день мы изучаем сведения о лагерях мятежников, прежде чем Джаспер напоминает, что мы должны вернуться в город до темноты, чтобы не попасть в метель и не наткнуться на Пожирателей душ.

Оставив Хоака за старшего, я сжимаю в руке редкий усилительный кристалл и обещаю вернуть всех этих людей домой, где им не будут угрожать Пожиратели душ, после чего мы с Джаспером отправляемся назад.

Дневник: страница 17

Я поймала главного повара, завязала ему глаза и бросила в подземелье. После этого я собиралась попросить Прейси отнести предназначенную для Дагена еду Катрин, чтобы ее убил собственный яд, но Даген как раз пытался наладить с ней отношения. Иногда его благородное сердце причиняет нам ужасные неудобства. Он не знает про яд по двум причинам: во-первых, я не на сто процентов уверена, что в этом замешана Катрин, а предъявить ей обвинение я смогу, только если буду совершенно в этом уверена, и, во-вторых, моя задача состоит отнюдь не в том, чтобы сообщить об этом Дагену. Она состоит в том, чтобы решить проблему. Блюда Дагена отдают пяти самым отвратительным узникам, которые вполне заслуживают болей в костях. Главный повар провел в темнице три дня. У первого узника, которому я скормила мясо и бисквиты, на губах выступила пена, и меньше чем через пять минут он был мертв. Похоже, тот, кто добавляет яд в еду, уже начал терять терпение.

– Ло