Книга Хрупкость, страница 109 – Кортни Ли Винн

Она вздрагивает.

— Прости. В этой маске и с тростью ты вылитый Ред.

— Трость мне не нужна, я просто…

Хелина качает головой:

— Нет, если будешь общаться с охранниками, она тебе понадобится. Он бил их тростью. – Она крутит трость в пальцах с ярко-красными ногтями. – Хотя мне ужасно хочется ее сломать.

Я хмыкаю.

— Я могу сделать это позже, – с улыбкой отвечаю я. Хелина прочищает горло и возвращается к уборке.

— Есть какие-нибудь новости о моей сестре? – спрашиваю я.

— В лагерях мятежников ее не видели. – Хелина наклоняется и выбрасывает в корзину для мусора кучку осколков. – Но у меня есть и другие источники, и я постараюсь выяснить это у них.

— Спасибо. – Если моя сестра у мятежников, она может использовать свою Метку, чтобы спрятаться. Мне не стоит полагаться на расспросы. Я смотрю, как Хелина подметает пол под барной стойкой, стараясь не прикасаться к забинтованной руке. – Как танцовщицы?

Она поджимает губы.

— Солдаты грубо обошлись с двумя девушками, но в этом нет ничего нового. Охранники Реда делают то же самое каждую неделю. Издержки работы.

— Кто-нибудь из них хочет уйти?

Хелина вздыхает и садится на блестящий красный табурет.

— Не уверена. С тех пор как Ред стал отсутствовать… все чаще они все как на иголках. Многим девушкам нужны деньги, а некоторым надо думать о своих семьях. – Она теребит браслет на запястье, и меня невольно охватывает грусть. Я очень хочу узнать, жива ли моя сестра. – Некоторые из них должны заведению много денег.

Я наклоняю голову и вглядываюсь в янтарные глаза Хелины.

— Все, кто хочет уйти, могут это сделать. Скажи им, что я прощаю их долги, а тех танцовщиц, что останутся, больше не будут заставлять делать то, чего они не хотят.

Хелина удивленно моргает.

— Ты простишь им долги? А что, если они все уйдут? Тогда ты лишишься прикрытия для помощи мятежникам.

— Я не стану их использовать. Они сами могут принять решение.

Хелина молчит.

— А как же принцесса? Ее можно использовать?

Костяшки моих пальцев покрываются льдом, и Хелина это замечает.

— У меня приказ, – отвечаю я.

Она складывает руки на груди, пытаясь унять дрожь.

— Я думала, короли не подчиняются приказам.

Я тычу в нее пальцем:

— Только если это приказы богов.

Она стискивает зубы.

— Наверное, когда-нибудь необходимо провести черту?

— Какое тебе дело до Низзары?

Она придвигается ко мне и отвечает на вопрос воспоминанием. Оно проносится у нее в голове, как будто Хелина намеренно хочет мне его показать. Я стою у дорогой лавки с одеждой и смотрю на витрину.

Хелина обнимает руками свой увеличившийся живот и видит в лавке юную Низзару, облаченную в роскошное красное платье: ее воспоминание переполнено страхом и ощущением утренней тошноты. У Низзары доброе лицо, и улыбка хозяина лавки кажется искренней. В отличие от ждущих на улице стражников Низзары с холодными, жесткими лицами.

Хелина переводит взгляд на зажатую в кулаке горстку медных ренов. Ее платье трещит по швам и туго обтягивает живот. Над дверью лавки резко звенит колокольчик, Низзара выходит на улицу и, проходя мимо Хелины, встречается с ней глазами.

Хелина опускает руки и поворачивается, чтобы уйти.

— Госпожа, – обращается к ней Низзара.

В ее воспоминание врывается волна страха, и Хелина медленно поворачивается к принцессе.