Книга Шоколад, ложь и алиби, страница 9 – Моргана Бест

Телефон завибрировал. Опаздываю на 15 мин! Пробка!! хх

Прекрасно. Больше времени довести дрожь до совершенства.

К тому моменту, как Летти наконец постучала, я вибрировала на такой частоте, что, пожалуй, сбивала с толку местную фауну. Я открыла дверь и увидела, что она выглядит раздражающе собранной – словно утром и не думала себя накручивать из-за коммерческих договоров аренды.

— Прости, прости! – выпалила она, вихрем пронесшись в прихожую. – У миссис Хендерсон кошка снова залезла на дерево, а пожарные перекрыли дорогу.

Она замерла, окинув меня взглядом.

— Нарел, почему у тебя вид, будто в тебя ударила молния?

— Кофе, – призналась я. – Возможно, слишком много кофе.

— А сколько – «слишком много»?

— Пять чашек.

— Ещё даже нет половины одиннадцатого!

— Я нервничаю, – сказала я, как будто это всё объясняло. Впрочем, по сути, так и было.

Дорога до агентства «Флетчер» оказалась, к счастью, недолгой, хотя Летти большую часть пути убеждала меня, что нормальным людям успокоительное перед обычной деловой встречей не требуется. Само здание оказалось одной из тех агрессивно-современных стеклянных коробок, которые буквально кричат: «Мы относимся к себе очень серьёзно», – но внутри было на удивление уютно и приветливо.

Администраторша – хоть сейчас на обложку журнала о доме и саде – проводила нас в зону ожидания, которую явно оформлял человек, уверенный, что бежевый – это черта характера. Я как раз начала жалеть, что не прихватила аварийный перекус, когда дверь открылась – и оттуда вышло то, что иначе как «сплошные неприятности» не назовёшь.

Высокие, темноволосые, до неприличия привлекательные неприятности с отличной линией скул и такой улыбкой, которая наверняка спасала его от любого штрафа за превышение скорости. Я почувствовала, как Летти рядом со мной замерла, – а это никогда не сулило ничего хорошего.

— Здравствуйте, я Мунро Флетчер, – сказал он, протягивая руку, которая, похоже, отроду не знала настоящей физической работы.

— Мунро? – переспросила Летти; я буквально слышала, как у неё в голове завертелись шестерёнки. – Необычное имя. Как в «доктрине Монро»? Я пнула её по лодыжке. Летти взвизгнула.

— Просто Мунро, – сказал он, явно озадаченный исторической отсылкой. – Пройдёмте в мой кабинет?

Его кабинет оказался ровно таким, какого ждёшь от человека, который наверняка гладит собственное нижнее бельё: безупречным, организованным, с примерно семнадцатью папками, разложенными с военной точностью. Он жестом пригласил нас сесть на стулья, которые явно выбирали больше за стиль, чем за удобство.

— Кажется, вы так и не представились, – произнёс он, с привычной лёгкостью устраиваясь за столом.

— Летти Смит, – объявила моя лучшая подруга и театральным жестом указала на меня. – А это Нарел Майерс.

Клянусь вам, этот человек стал белым как свежая простыня. Не побледнел. Не вздрогнул. Побелел. Словно увидел привидение – или вспомнил, что забыл отменить подписку до окончания пробного периода.

— Майерс, – повторил он медленно, будто проверяя слово на скрытые смыслы.

— Всё верно, – ответила я, внимательно следя за его лицом. – Всё в порядке?

— Разумеется! – он мгновенно вернулся в профессиональный режим – так быстро, что я даже засомневалась: не показалось ли мне? – Позвольте показать, что у нас есть.