Книга Против канона. Счастливый финал для моего злодея, страница 106 – Мирослава Меленская

Она была там. Она звала меня. Я чувствовал запах ее крови даже сквозь измерения.

— Вы держите портал открытым, — я медленно вытащил двуручный меч, лезвие которого было пропитано такой густой Тьмой, что поглощало свет молний. — А если Небеса попытаются его закрыть... вырежьте им сердце.

Я посмотрел на бушующее золотое небо, бросая последний вызов этому миру.

А затем, не оглядываясь, шагнул прямо в Океан Пустоты.

ВЭЙ ЛОНГ

Небо над Северными Пустошами больше не было небом в человеческом представлении. Оно превратилось в кипящий океан расплавленного золота — Небесный Дао обнажил свою истинную, карающую суть.

На нас обрушился Гнев Мироздания. И стражи были не просто големами; это были Исполнители Кармы, сотканные из насыщенной Истинной Ци и золотых молний Девяти Небес. У них не было лиц, лишь слепая, подавляющая воля: стереть пространственную аномалию и всех, кто вдруг посмел ее защищать.

Я отбил удар тяжелого золотого клинка, чувствуя, как с тошнотворным хрустом трещат кости в моих предплечьях, укрепленные боевой Ци. Кровь хлынула изо рта, но я не отступил ни на шаг.

— Искусство Высшего Лотоса: Танец Десяти Тысяч Лезвий! — мой брат, Вэй Фэн, взмыл птицей в воздух слева от меня.

Его боевой веер раскрылся, источая густую, слепящую духовную Ци. Лезвия сжатого пространства врезались в строй Исполнителей, разрывая их на куски, но магия этого мира тут же залечивала раны, собирая големов заново.

Мы сражались спина к спине, утопая в собственной крови, потому что за нашими спинами пульсировали Врата Бездны.

Внутри гигантской арки ревел Океан Пустоты — космический вакуум, где физика и магия перемалывали друг друга в первородную пыль. И там, в самом эпицентре этого смертоносного шторма, мы видели одинокую фигуру Темного Императора.

Ли Чжань шел сквозь Бездну, словно ледокол, разрезающий саму ткань времени. Пространственные бури сдирали с него обсидиановую броню, золотые цепи Кармы пытались утащить его в небытие, но он маниакально, с первобытным упрямством продвигался вперед. Его вел тончайший, сапфирово-фиолетовый луч, бивший из мешочка на его израненной груди.

— Он сжигает свое ядро! — прохрипел командир Бай. Маг крови стоял на коленях у Врат, его серебряная маска раскололась, а из глаз текли кровавые слезы. — Гравитация Пустоты раздавит его меридианы! Ему нужен встречный пробой!

Мой отец, Император Вэй, отбросил сломанный щит. Великий правитель, чье имя заставляло трепетать континент, опустился на колени прямо на гниль. Он вонзил свой фамильный клинок в рунный круг Врат и начал безжалостно выжигать свою Истинную Суть, отдавая энергию жизни, чтобы удержать портал открытым.

— Держите строй! — рычал отец, и его волосы седели на глазах от магического истощения. — Мы не отдадим Ли Чжаня Бездне! Он должен вернуть мою дочь!

И вдруг… Океан Пустоты мелко содрогнулся.

Там, бесконечно далеко, в конце сапфирового луча, абсолютная тьма начала трескаться. Сквозь космический шторм пробился резкий, неестественно холодный и колючий свет. Но это был не портал. Это была зияющая рана, которую кто-то прожег с другой стороны Вселенной.

Ли Чжань добрался до этого повреждения. Мы видели, как он вскинул руки, вонзая бронированные Ци, окровавленные пальцы в края разлома, и с нечеловеческим ревом попытался раздвинуть саму грань миров.